К черту сон. Я подошел к ней и притянул в свои объятия.

Она была здесь. Она была здесь. Она была здесь.

Ее руки обвились вокруг меня и крепко обняли меня. Именно так, как я помнил. Мой нос уловил сладкую корицу, и я понял, мои воспоминания были не настолько хороши. Я много раз пытался представить ее запах, но так и не смог. Это была моя Риз.

Я люблю тебя. Я не оставлю тебя. Я здесь чтобы заставить тебя принять меня обратно. Я пуста без тебя, - она рыдала в моих руках.

Она что пыталась убедить меня позволить ей остаться со мной? Неужели она серьезно думала, что ей нужно умолять меня, чтобы я оставил ее?

Риз, я —

Она отклонилась назад и посмотрела на меня широко открытыми, полными паники глазами.

– Нет. Не говори ничего. Просто послушай меня. Я была не права. Ты стоишь того, чтобы за тебя бороться. Я была … Я запуталась. Мне многое предстоит преодолеть, но я сделаю так, что это будет стоить этого. Я буду любить тебя больше, чем она когда-либо сможет полюбить. Больше чем кто-либо другой сможет сделать это. Я проведу остаток своей жизни, доказывая тебе, что я стою этих хлопот. Я не позволю не одному дню пройти без того, чтобы не показать, как сильно я тебя люблю. Я перееду сюда. Я найду дом и работу. Я буду готовить тебе еду, и я —

Я накрыл ее рот своим ртом и прекратил ее прекрасные, бессвязные аргументы. За ее удивленным всхлипом последовало хныканье, и она поцеловала меня так, словно она должна была меня распробовать, чтобы жить дальше. Ее сладость просочилась в меня, когда эти полные губки прижались ко мне. Я обхватил ее лицо и отклонил ее, чтобы я мог заглянуть в ее глаза.

Они были все еще влажными от ее внезапного срыва, когда она увидела меня. Но они были прекрасны. Мои прекрасные светло голубые глаза. Те, о которых я мечтал. Те, которые всегда будут завораживать меня.

Я стою, чтобы за меня бороться?
– спросил я, желая услышать, как она еще раз скажет об этом. Она выглядела такой чертовски решительной, когда сказала об этом в первый раз.

Да!
– сказал она, неукротимость возвращалась.

И с кем ты думаешь, ты должна бороться за меня?

Боль промелькнула в ее глазах. Я не хотел этого. Я, было, начал уверять ее, что у меня никого не было, но она заговорила первой.

– С кем угодно … Я буду бороться с кем угодно, - сказала она наконец.

Она говорила о Корделии. Это гребанное сообщение.

Детка, С того момента, как эти твои губки прикоснулись к моим, я был твой. Это не случайность. С того момента, как я вышел из спальни и увидел твою сладкую попку зависшую в воздухе и услышал твое фальшивое пение, я был твой. И больше ничей. Никогда. До тебя, да, были другие. И была одна девушка, с которой нас связывал «секс по дружбе». Ничего больше. Но в тот момент, как ты вошла в мою жизнь, это закончилось. Она плохо восприняла это, и она пыталась заставить меня изменить свое мнение. Но все что я видел, все, что видело мое сердце — это ты. Никто другой.

Корделия, - тихо сказала она.

Да, но сообщение от Мэйора, которое ты видела, оно было по случаю, когда я пришел домой с работы, я нашел ее в своей кровати. Я приказал ей уйти и пригрозил позвонить маме, если она не уберется из моей кровати. Я даже постирал простыни, чтобы избавиться от ее запаха. Черт, после этого я даже купил новый матрас и новые простыни. Я не хотел спать на том, где спал еще кто-то, кроме тебя. Никогда.

В тот день она оставила свои трусики, - тихо сказала она, ее глаза заблестели от новой порции слез. – Так было написано в сообщении.

Я кивнул. Я заправил прядь волос за ее ушко.

– Если бы я только знал, что это было то, что заставило тебя смотреть на меня как на монстра, я бы остался и боролся за тебя. Но я думал, что это было прошлое, демоны, которые преследовали тебя. Я думал, что надавил слишком сильно и тебе нужно немного пространства.
– Я остановился и сделал глубокий вдох.
– Я думал ты позвонишь. Я ждал. Я продолжал ждать. Я собирался ждать вечность.

Она снова была готова заплакать и, я начал целовать ее лицо. Я не хотел, чтобы она плакала. Она была здесь. Со мной.

Я не позволю тебе вернуться назад. Ты останешься со мной. Я не могу позволить тебе уехать от меня. Я сойду с ума, - говорил я, пока целовал ее щеки и носик, затем прижался целомудренным поцелуем к ее рту.

Я не хочу уезжать, - сказала она.

Боже, я люблю ее.

– Идем в дом, - сказал я, скользя по ее руке своей рукой и заводя ее в дом.
– Ложись со мной. Я хочу обнимать тебя.

Риз остановилась, и я оглянулся на нее,

– Нет. Этой ночью, я хочу обнимать тебя, - сказала она, ее лицо снова приобрело выражение решительности.