Правда, в живых осталось еще полдюжины да плюс Велиал. И как будто этого недостаточно, еще трое опустились на землю у края борьбы.

Я скидываю медведя с ножен и достаю меч, готовая воспользоваться им.

Мама хватает меня за рубашку и дергает так сильно, что я приземляюсь на задницу как маленький ребенок.

К счастью, Раффи, кажется в состоянии постоять за себя. Я сомневаюсь, что он заключил мир со своими крыльями, но, по крайней мере, он управляет ими лучше, чем когда я видела его в последний раз.

Он — бесстрашный боец. Раньше я не совсем понимала, насколько свирепым он может быть, но сейчас я думаю об этом, это первый раз, когда я вижу его в бою, без полученных перед этим тяжелых травм. У воспоминаний меча, были только его бои с мечом, там было на что посмотреть, но это больше походило на свирепый танец.

Я уверена, Раффи еще не полностью восстановился, но он удивляет. Он быстр. Быстрее чем скорпионы, которые пытаются ужалить его. Один скорпион для него не более чем, огненный муравей для человека.

Хотя его всё же превосходят численностью. Тем не менее, он не кажется обеспокоенным, пока медленно прорезает себе путь к Велиалу.

Велиал видит, что происходит и взлетает в небо. Похоже, его адская программа медицинского страхования включает и травмы крыла, потому что его крылья, кажется, в порядке.

Раффи взлетает за ним.

Я наблюдаю, как он улетает от меня. Он даже не знал, что я была рядом.

Он растворяется в темноте, как исчезающее сновидение.

Я смотрю на небо, где он скрылся, дольше, чем, возможно, следует.

Скорпионы нерешительно покидают землю. Я полагаю, они летят за Раффи, но я не совсем уверена в этом. Они определенно делают это неохотно. Почти половина остается на земле, растерянно глядя друг на друга.

Они, должно быть, худшие приспешники из когда-либо выведенных. Мужество явно не их сильная сторона. Не удивительно, что Велиалу пришлось сражаться с Раффи так долго, прежде чем скорпионы прибыли.

В конце концов, все, кто могут, улетают. Полдюжины истекают кровью или уже мертвы, лежат на расколотом пирсе. Некоторые корчатся и шипят рядом с ними. На первый взгляд они не могут больше причинять вред, но, я продолжаю присматривать за ними, на всякий случай.

Мама долго разглядывает меня. Клара, кажется, застыла от страха. Возможно, она испытывает посттравматический шок, после встречи с таким количеством скорпионов.

Самое время убраться отсюда в какое-нибудь безопасное место, где мы сможем придумать безумный план по спасению Пейдж. Но даже я не чувствую особого энтузиазма изобретать нечто безумное прямо сейчас.

Я всего лишь девчонка. Я не могу сравниться с этими монстрами. Они, возможно, и выглядят слабыми в сравнении с Раффи. Я где-то даже чувствовала себя равной ему во время нашего путешествия, но после увиденного только что, реальность развеяла все мои иллюзии.

Самоубийство — лезть на Алькатрас. Остров кишит монстрами, нет ни одного способа вернуться обратно целыми и невредимыми.

Несмотря на мое сумасбродное поведение, мама и Клара все еще надеются на меня, на то, что я найду выход отсюда. Мы в тени и должны стать еще более незаметными.

Я прислушиваюсь к врагам и монстрам. Все, что я слышу, ужасающие стоны людей, запертых в контейнере. Звуки приглушены, видимо, чтобы не привлекать излишнего внимания, но пленники не могут полностью сдержаться.

Контейнер вспыхивает под лучами ламп, лежащих на земле.

Заключенные сгрудились вместе за воротами, создавая впечатление отчаяния и въевшейся грязи каждый раз, когда вспышки освещают их.

Я готова рвануть прочь из-за палет, за которыми мы прячемся, но я не могу уйти. Мой взгляд прикован к людям, запертым в контейнере.

В теории, это чертовски просто — выбежать и выпустить их. Спасти от того ужаса, что их ждет.

Если бы у меня был ключ.

Велиал повесил его на один из прожекторов, но я не уверена, на который из двух. Если на тот, что он швырнул в Раффи, то может уйти час на поиски.

Я закрываю глаза, пытаясь отгородиться от окружающих звуков. Мне нужно сосредоточиться на Пейдж и маме. Я не могу отвлекаться на всех, кто нуждается в помощи, потому что мы все в ней нуждаемся. Отчаянно нуждаемся.

Смотрю на маму и вижу ужас на ее лице. Она беззвучно шевелит губами и раскачивается взад-вперед. Вот они, настоящие монстры из ее кошмаров. Клара, кажется, выглядит еще хуже, чем это возможно.

Надо встать и вытащить нас отсюда. Я должна позаботиться о моих людях.

Плач, наполненный горем и ужасом, доносится с пирса и настигает меня.