Ворота за моей спиной трещат.

Освобожденные пленники разбегаются, рассыпаясь повсюду, их шаги дробно стучат по деревянному пирсу.

Я бегу в противоположную сторону от мамы и Клары, надеясь отвлечь от них скорпионов.

А потом я слышу свою мать.

Она заходится в крике ужаса, леденящем кровь.

Все разошлись, инстинктивно направляясь в разные стороны.

Остались лишь несколько монстров и большое количество наших. Есть хорошие шансы на то, что некоторые из нас выберутся отсюда живыми.

Я бегу навстречу скоплению теней, где из сломанных досок торчит знак с розовым мороженным. Если я смогу обойти его, то, быть может, смогу исчезнуть в неровных тенях.

Но, прежде чем я могу добраться туда, что-то бьет меня по голове и оборачивается вокруг меня.

Я запутываюсь в сетях.

Первой мыслью было разрезать ее мечом, но теперь я окружена людьми, бегущими за мной, и мне не хватает места. Чем больше мы крутимся, тем сильнее запутываемся.

С небес падают тени. Тени с крыльями насекомых и вьющимися жалами.

Они беспорядочно приземляются. Один с глухим звуком спрыгивает на контейнер.

Некоторые садятся перед старым рядом магазинов, где находилось полдюжины людей, прежде чем сеть опутала и их.

Пять, десять, двадцать. Их так много, что начинает казаться, будто мы в улье.

Мы в ловушке.

Все снова рыдают. На этот раз, отчаяние такое сильное, что я чувствую, будто тону в нем.

Даже если я смогу прорваться через сеть, то у меня не получится проложить себе путь через всех этих скорпионов. Я засовываю меч обратно в ножны, стараясь сделать это наименее заметно.

Сеть воняет рыбой. Для начала, я не думаю, что мы сможем идти в ней, но один скорпион хватает сеть и тянет за шнур. Мы сваливаемся кучей, наши ноги спутываются.

Скорпион тащит нас, как собак на поводке. Его жало нацелено на нас, паря на слишком близком расстоянии. Другой скорпион идет сбоку от нас, ритмичным гулом своего жала давая понять, что мы должны делать то, что он захочет.

Я отчаянно осматриваюсь в поисках мамы и Клары, вопреки всему надеясь, что я их не увижу.

Но они тут, лишь в двух плененных сетью группах от меня. Моя мать прижимает моего мишку к груди так, будто это ее давно потерянный ребенок, пока Клара сжимает руку матери, будто умрет, если отпустит ее.

Они обе выглядят ошеломленными.

Мне плохо.

Тошнит от страха. От злости. От собственной глупости.

Я пришла сюда за сестрой, а вместо этого опрометчиво позволила поймать себя. Что еще хуже, я позволила поймать маму и Клару. И, глядя на большое количество пленников на пирсе, я понимаю, что даже не освободила кого-то другого.

Несколько групп плененных людей встречаются, когда мы приближаемся к воде. Сначала я предполагаю, что скорпионы посадят нас в новые корабельные контейнеры, но вместо того, чтобы направляться к ячейкам, они тащат нас к лодкам.

— Брайан! — молодая девушка под нашей сетью протягивает руку к парню, заманенному в ловушку под еще двумя группами.

— Лиза! — парень отчаянно зовет ее. Они прямо напротив петель сетки и протягивают их руки так далеко, как только могут, чтобы прикоснутся друг к другу.

На секунду у них получается сцепить пальцы.

Затем нашу группу тянут дальше, разлучая их. Девушка начинает рыдать, ее рука все еще тянется к нему.

Еще одну группу пихают перед Брайаном, и он теряется в толпе, все еще протягивая руки к ней.

Лодка двухъярусная и видала лучшие дни. Краска стерта таким образом, что я думаю, будто она лежала на боку на крыше разрушенного здания, пока плохие парни не нашли ей применения. Так или иначе, она все еще пригодна к плаванью. И на ней все еще виднеется синяя надпись "Тур капитана Джейка Алькатраса", хотя из-за многочисленных царапин она больше похожа на "ур капитана".

Заводятся двигатели, и нас окутывает темное облако выхлопов. Запах газа, загрязняющего воздух, появляется практически сразу. Должно быть, лодкой управляет человеческий слуга. Я надеюсь, что это не Капитан Джейк.

Всех носит по лодке. Скорпионы начинают выпускать нас из сетей.

Нам некуда бежать, естественно, не тогда, когда мы хотим прожить хотя бы еще несколько минут.

Как только первые пленники успокаиваются, я пытаюсь подобраться достаточно близко к маме и Кларе, чтобы нас сгруппировали вместе. Мама вручает мне мишку так, будто берегла его для меня.

Я одеваю мишку на меч, снова его маскируя. У меня возникает дикая надежда, что я смогу взять его с собой и, может быть, использовать мои неоперившиеся навыки, чтобы вытащить нас отсюда.