А я-то думала мне тяжело в заботах о маме и Пейдж. Не представляю, как давит на Оби ответственность за несколько сотен жизней.

Группа загорелых и крепких строительных рабочих буквально пожирают меня глазами. Раффи приглушенно рычит. Окинув его беглым взглядом, парни тут же вспоминают о приличиях и начинают разглядывать пол.

Я торможу рядом с ними:

– Не знаете, где близнецы? Тру и Тра.

Один из рабочих указывает на комнату в конце коридора. Мы с Раффи подходим к ней и я, не думая о том, что может ждать внутри, тут же толкаю дверь.

– …отели, - говорит Оби, сидя во главе конференц-стола. – Как мы можем временно отказаться от еды и лекарств… - Он поднимает взгляд и замечает меня. Оби выглядит усталым, как и все остальные, но в глазах горит огонек. Он не крупнее прочих и не криклив, но чем-то людей берет. Может быть, дело в стати или уверенном тоне.

Вместе с ним за столом дюжина вымотанных, осунувшихся, с темными кругами под глазами и немытыми шевелюрами человек. Должно быть, ночка выдалась длинной, а денек оказался не лучше. Спасение пленников Алькатраса перетекло в их размещение в лагере.

Тишина. Взгляды присутствующих обращены ко мне.

Со стеной мне уже не слиться.

– Прошу прощения, - лепечу я, пытаясь изящно поклониться.

Док вскакивает на ноги, опрокидывая кресло, которое с грохотом падает на пол.

– Пенрин!

– Вы знакомы? – спрашивает Оби.

– Это сестра того ребенка, о котором я говорил.

– Сестра Пенрин и есть суперсекретное оружие? – уточняет Оби.

Ой, не нравится мне все это.

– Ты нашла ее?
– Док обходит стол и направляется ко мне. Каштановые волосы в беспорядке, рубашка застегнута на все пуговицы. Все такой же типичный студент. Но теперь образ дополняет заплывший синяк на глазу. – Она здесь?

Близнецы, худые как щепки, сидят рядом с Оби. Блондины?! Я и забыла, что они обесцветили волосы шутки ради. Еще пара людей кажется мне знакомой, но близко я их не знаю.

Оби жестом приглашает меня войти. Я медлю, не желая привлекать еще больше внимания к себе или Раффи. Но взять и удрать – не вариант, и я прохожу внутрь, подав Раффи сигнал оставаться за дверью.

– Да вы шутите!
– восклицает один из парней, которых я видела раньше. – Сестра этой девчонки – кошмарный монстр. Не представляю, чем она нам поможет. – Так вот где мы встречались! Он был среди тех, кто пытался связать Пейдж.

– Мартин, не сейчас, - обрывает его Оби.

Близнецы одновременно наклоняются над столом, заглядывая мне за спину.

– Это Раффи? – спрашивает Тру.

– Это точно Раффи! – соглашает с ним Тра.

Я собираюсь прикрыть дверь.

– Нет-нет-нет, - кричит Тру. Близнецы вскакивают с мест и бегут к двери.

– Раффи, ты живой! – радуется Тра, распахивая дверь.

Раффи не поднимает головы, на его глаза падает тень от козырька бейсболки.

– Ну конечно, живой, - отвечает Тру. – Он же воин. Ты глянь на него! Кто бы его замочил? Годзилла?

– О, Раффи против Годзиллы! Я бы поставил на этот бой, - ухмыляется Тра.

– Не будь дурачком, мужик. Годзиллу накачали ядерными отходами. Как простой смертный может ее побить?

– Так он не простой смертный, - парирует Тра. – Разуй глаза. Не удивлюсь, если в его кармане найдется ядреный нектар суперсилы. Один глоток и у мышц вырастают мышцы!

– Вот-вот, пара таких солдат и нам ни к чему будет помощь жуткой малышки, - соглашается Тру.

– Кстати, о малышках! Что насчет сестры Пенрин? Годзилла ей по зубам?

Тру задумывается.

– Да ну, вряд ли. Я голосую за мать!

Глаза Тра расширяются:

– Тоооочно!

Тру протягивает Раффи ладонь:

– Труляля, - представляется он.
– А это мой брат, Траляля.

– Помнишь нас? – спрашивает Тра. – Это мы заправляли боями без правил и принимали ставки.

– Приятно видеть тебя здесь, - обращается к Раффи Оби. – Нам бы пригодились такие мужчины, как ты.

– Оби, это тебе не обычный мужчина, - возражает Тру.

Я очень стараюсь выйти из образа испуганного кролика, но, боюсь, глаза по пять копеек выдают мой страх с потрохами. Мы далеко от выхода. Как Раффи отсюда сбежать?

– Мы из тебя звезду сотворим, Раффи! – обещает Тра. – От женщин отбоя не будет. – Он подчеркнуто артикулирует «отбоя не будет», поглаживая свою грудь, а затем и все тело.

– Да больно надо ему, - перебивает брата Тру. – Парень тусовался с ангелами! А в обители Сан-Франциско девчонки сыпались с неба.