Шрифт:
Все внимательно смотрят на меня. Пауза затягивается.
– Которая? – наконец спрашивает Велиал.
Не-ангел оглядывает лица остальных, не ослабляя хватку на моих волосах.
– Точно не моя. Ваша?
– С чего бы ей быть одной из наших, Циклон? – спрашивает Велиал. Он сипит, будто сорвал голос или кто-то его душил.
– Я завязал, - отзывается кто-то другой. – Век бы не видеть дочерей человеческих.
– Крепыш Ви дело говорит, - встревает третий. – Нам лучше ее съесть. Мясо не помешает, а то мы никогда не исцелимся.
Я начинаю вырываться из рук не-ангела. Где Раффи?!
– Отпусти ее, - предлагает падший с перьями бледного-голубого оттенка.
– Термо, сделай мы так – она пожалеет, что не стала нашим обедом. Немилосердно дарить ей свободу в подобном месте.
Не это я хотела услышать.
– А это что? Меч?! – несколько не-ангелов склоняются на моим клинком, до которого мне, увы, не дотянуться.
Один из них пытается его поднять, что-то ворча про тяжесть, и в итоге сдается.
Все снова испытующе глядят на меня.
– Ты кто такая? – спрашивает Циклон.
– Дочь человеческая. Разве не видно?
– отвечает ему Термо.
– Если это дочь человеческая, то где ее конвой из адских тварей? – спрашивает не-ангел с черным оперением и хищными глазами. – Где цепи? Почему она цела и невредима?
– И где раздобыла ангельский меч? – вторит ему другой, с коричневыми крыльями в желтую полоску.
– Он не её. Да, они оба как-то попали сюда. Но кто вам сказал, что мечом владеет она?! Не так уж мы здесь и давно, чтобы верить подобным бредням.
Каждый из них смотрит на Мишутку с желанием и тоской, но никто больше не пробует взять его в руки.
– Так чей же он?
Я снова в центре внимания.
– Откуда мне знать, я же просто дочь человеческая.
С этим никто не спорит.
– Где я? – Мой черед задавать вопросы.
Давление на кожу головы становится просто невыносимым. У пары не-ангелов частично выдраны волосы и мне начинает казаться, что прически у нас скоро будут похожи.
– В преисподней, - отвечает Термо. – Добро пожаловать в охотничий район.
– Преисподняя – это ад? – уточняю я.
Тот, что с черными перьями, пожимает плечами:
– Да какая тебе разница? Забудь о своих примитивных мифах. Хотя местечко, действительно, адское.
– Хорошо, на кого вы охотитесь? – перевожу я тему.
Ангел с коричнево-желтыми крыльями фыркает:
– Мы не охотники. Мы – жертвы.
Не нравится мне все это.
– А кто вы вообще такие? – Нет, я, конечно, предполагаю, что это и есть Хранители, но убедиться не помешает. – На ангелов вы не похожи, да и на… - А что я, в сущности, знаю о том, как выглядят местные демоны?
– О, мы забыли представиться?! Приносим свои извинения! – говорит не-ангел с коричнево-желтыми перьями. Свой сарказм он подчеркивает поклоном. – Мы недавно падшие. Хранители, если точнее. И, вероятно, твои палачи. Не все и сразу, кто-то один из нас. Но суть ты уловила. Так вот, Я – Ревун [3] .Это Ястреб. – Он указывает на темнокожего не-ангела с черными перьями, а затем поочередно кивает на товарищей, называя их имена: - Термо. Летун. Крепыш Ви. Малыш Ви. И тот, что тебя держит – это Циклон. – Ревун оглядывает остальных – их слишком много, чтобы знакомиться с каждым, все равно я их не запомню. – Нас волнует, кто она такая?
3
Прибор, применяемый в туманную погоду на судах, на маяках и буях для подачи звуковых сигналов, как правило, низкого тона, слышимых на большом расстоянии. Употребляется как синоним сирены.
– Конечно, - отвечает Летун. – Будет над чем подумать в следующем тысячелетии, когда нам вконец опротивят собственные мысли. Кто же ты?
– Я… - Называть я себя не спешу. Раффи говорил, в именах заключается сила. – Истребительница ангелов.
В голове все звучало лучше, а на деле как-то смешно. Ну да ладно.
На мгновение все умолкают и глядят на меня, забывая моргать.
А затем как по команде принимаются хохотать.
Ревун наклоняется вперед, прижимая ладонь к ребрам – похоже, они сломаны.
– Ой, не смеши! Мне же больно…
Циклон тихо посмеивается за моей спиной. Он наконец меня отпускает. Волосы спасены.
– Матерь божья, не думал, что все еще могу смеяться.
– Да-а, давненько мы этого не делали, - соглашается Малыш Ви.
– Истребительница ангелов?! – переспрашивает Ревун.
– Что ж, чудненько, - говорит Велиал, он же Крепыш Ви. – Теперь-то мы можем ее съесть?
– Он прав, - кивает Малыш Ви. – Когда мы в последний раз полноценно ели? Пусть она тощая, но мне важен любой кусок. Иначе мне не исцели…