– Боги...
– я остановилась и взглянула на небо.

Возможно, он сможет устроить мне побег. Тут же отмахнулась от этой мысли. Найяр все равно догонит, а казначей лишится головы. Нет, я не хочу его крови. Военор мне может принести иную пользу.

– Тарганна Сафи, его сиятельство, - шепнул мне один из наемников, и я спешно убрала с лица следы своего смятения.

Герцог приближался быстрым шагом, он шевельнул ладонью, и моя охрана отошла в сторону, оставив меня одну. Найяр сразу обнял меня, коротко поцеловал и зарылся лицом мне в волосы.

– Я так устал, Сафи. И голоден, как волк. Идем домой, - сказал он.

– Идем, - согласно кивнула я.

Герцог положил мне руку на талию и бросил на ходу моей охране:

– Свободны пока.

Наемники удались, а мы с Наем направились к дворцу.

– Чем занималась?
– спросил он, кивая на приветствие тайного советника, тарга Гаяна.

– Обустроила Хэрба, помылась с дороги, перекусила, сходила к тару Лаггеру, потом была в библиотеке, - я продемонстрировала книгу.
– Затем решила прогуляться перед сном.

– И все?

– Ах, да, пообщалась с вашей дражайшей супругой, - усмехнулась я.

– И?
– в голосе герцога появилось напряжение.

– Ничего нового, все то же самое, - я посмотрела на его сиятельство, была любопытна его реакция.

– Оскорбляла?
– хмуро спросил Най.

– Угрожала, - ответила я, и герцог поморщился:

– Она ничего не может тебе сделать. Дегустатор проверяет еду, мои наемники даже мухи близко не подпустят.

– Ну-у, - я возвела глаза к потолку, - можно отравить одежду, духи, книги. Подрезать подпругу. Выстрелить из-за засады. Да, мало ли, что может придумать эта благочестивая женщина. Ей ведь все можно, это только я перехожу границы, когда говорю о ней.

Не могу объяснить, что меня вдруг так разозлило, но я скинула руку герцога со своей талии и почти бегом направилась в сторону покоев. Он быстро догнал меня, снова обнял и сильно прижал уже не позволяя вырваться.

– Что на тебя нашло, сокровище мое? Так задели угрозы? Что ты услышала нового?
– проворчал Най.

– Вот именно, ничего нового.
– Отрезала я, неожиданно понимая, что по щеке катится слеза.

С чего вдруг? Я около двух лет не плакала, умела подавить эмоции, удержать в себе переживания, с чего вдруг расчувствовалась? Найяр заметил мое состояние, но промолчал, пока мы не дошли до покоев. Лишь когда за нами закрылась дверь, он бросил Габи отрывистое: "Вон", - и развернул меня к себе.

– Накипело?
– спросил он серьезно.

Молча кивнув, я закусила губу, чтобы не расплакаться, и герцог привлек меня к своей груди.

– Плачь, - тихо сказал он.
– Поможет.

Плакать я не собиралась. Слезы - это слабость, а я поклялась быть сильной. Решительно мотнув головой, я отошла от Найяра. Он протянул руку, пытаясь меня поймать, но я увидела засохшую кровь на его рукаве и тут же вспомнился тот ужасный крик. Я отшатнулась от него. Герцог нахмурился.

– Что?
– спросил он.

Затем перевел взгляд на рукав и опустил руку.

– Тебе не стоило спускаться в подземелье, - сказал его сиятельство.

Отойдя от него к окну, я прислонилась лбом к холодному стеклу и прошептала:

– Мне не стоило рождаться, действительно, не стоило.

Най оказался за моей спиной, его напряжение я отлично почувствовала. Герцогские ладони осторожно легли мне на плечи, и я взорвалась.

– Не трогай меня!
– заорала я.
– Не трогай меня, чудовище!

– Все сказала?
– тихо спросил Найяр.

– Нет!
– крик продолжал разрывать мою грудь.
– Все ты, это ты во всем виноват! Зачем ты пришел в наш замок? Зачем увидел меня? Зачем притащил сюда?! Я устала, Най! Я до смерти устала быть ведьмой и шлюхой!
– Герцог попробовал меня обнять, но я отбежала и запустила в него первым, что попалось под руку.
– Отстань от меня! Отстань! Ненавижу!!!
– крик перешел в истеричный визг.

Герцог уворачивался от всего, что я швыряла в него, но уже не пытался не приблизиться, не что-либо ответить. Дверь открылись, и вбежала Габи.

– Лаггера, - коротко приказал Найяр.

Габи исчезла, а моя истерика только набирала обороты. Я носилась по покоям, уничтожая их, а герцог отшвыривал в стороны все, чем я могла навредить себе или ему. И когда сил на крик не осталось, я упала на пол и все-таки разрыдалась. Най рискнул приблизиться. Он опустился рядом и обнял меня.

– Не трогай меня!
– взвизгнула я, пытаясь снова вскочить, только его объятья стали подобны капкану.

– Мой герцог, - лекарь стоял в дверях, держа в руках пузырек с очередным настоем.