Путешествие их было спокойным, и не предвещающим осложнений. Добравшись до дороги Крепкий Дуб внимательно осмотрел следы и направился по дороге на север.

К полудню им навстречу попались три всадника. Крепкий Дуб приказал Зоркому Глазу засесть в траве и держать чужаков на мушке, мало ли что, а сам с Маленьким Мокасином и Быстрым Ручьём направился не торопясь по дороге.

Это тоже были индейцы. Раскраска их лиц не понравилась Крепкому Дубу, хотя и они были раскрашены красками войны.

– Хай, воины! Мы охотимся за скальпами двух бледнолицых, не видали ли вы их?

Дальше как во сне Крепкий Дуб видел опускающиеся дула винчестеров. Дуб оказался проворней, не стал хвататься за тяжёлый "слонобой", а метнул лёгкий томагавк прямо в рожу среднему индейцу, два других успели почти в упор выстрелить в Маленького Мокасина и Быстрого Ручья. Те рухнули с сёдел. Крепкий Дуб, хот и не был задет ни одной пулей, рванул коня влево одновременно заваливаясь за его круп. Получивший в лоб томагавком индеец тоже свалился с седла, а дальше двух остальных обладателей винчестеров буквально снесло с сёдел и как тряпичных кукол швырнуло в пыль дороги. Это Зоркий Глаз из травы снял обоих врагов двумя выстрелами. Но на этом стычка не кончилась, а только продолжилась. Со стороны ближайшего холмика послышалось "Та-та-та!". Очередь полоснула по коню Крепкого Дуба и тот с предсмертным хрипом завалился на левый бок. Крепкий Дуб едва успел выдернуть ногу из стремени. Лошади раненые и невредимые с ржанием разбегались по прерии. Наконец Крепкий Дуб вытащил свой "слонобой", положил его на рёбра убитого коня и начал выцеливать меткого пулемётчика. Только пулемётчик был не один, слева и справа показались юркие краснокожие с винчестерами. "Слонобой" дёрнулся и обладатель винчестера буквально лишился половины головы. Не отставал и Зоркий Глаз.

Однако перевес был явно у незнакомцев, начавших бой. Их было больше и патронов они явно не экономили. Крепкий Дуб был прижат к дороге и только труп коня, принимавший пулю за пулей спасал его от смерти. Стрелять он не мог и отступить тоже. Враги обходили его и слева и справа. Пока их сделживали только скупые выстрелы Зоркого Глаза, вот только патроны у последнего были не бесконечные и самого его поливали пулемётным огнём немилосердно, спасала его невысокая насыпь дороги и пулемётные очереди скашивали траву чуть выше его головы. Заляг он по другую сторону дороги и хана ему. Только ведь Зоркому Глазу итак была, хана. Лошадь его, как и у Крепкого Дуба, получила пулемётную очередь и скопытилась. Уйти он не мог. Он был в очереди смертников просто вторым. Жить ирокезам оставались считанные минуты.

Пулемётчик за треногой Браунинга М19 лупил в траву ленту за лентой. Второй номер как раз готовил свежую ленту как вдруг пулемёт замолчал. За миг до этого из высокой травы к пулеметному расчету мелькнула фигура. Тесак пробил первого номера расчёта насквозь и как бабочку пригвоздил к земле, войдя на две ладони в почву. Второй номер в ужасе потянулся к пистолету в кобуре на ремне, вот только проволочная петля из тонкой стальной проволоки мгновенно была накинута на шею и до крови вонзилась в кожу. От сильных рук Дэна проволока не столько душила, сколько всё глубже врезалась в плоть. Индеец больше не пытался достать пистолет а обеими руками вцепился в собственное горло, пытаясь добраться до удавки. К пулемету тем временем из травы подбежала ещё одна фигура, прильнула к прицелу, уверенной рукой взялась за рукоятки и повела хищным стволом. Одной длинной очереди ей хватило, чтоб срезать троих индейцев слева от холма. А дальше короткие прицельные очереди понесли свинец в спины и тем, что находились справа.

Покончив со вторым пулемётчиком Денис присоединился к Лу, тем более, что кругом начали посвистывать пули из винчестеров, а в пулемёте кончилась лента. Как перезаряжать этого монстра Дэн не имел ни малейшего представления, поэтому оставил его на попечение женщины, а сам начал бить из одного "слонобоя". Только вот патроны к нему были не пулевые, а картечные чтоб бить птицу на большой высоте. Вот теперь и это ружьишко пригодилось. Он садил и садил картечью по подозрительным местам в траве и судя по крикам и стонам, выстрелы его находили цель. Теперь к нему присоединился и Крепкий Дуб, находясь на дороге и прячась за труп своего коня он начал выцеливать врагов и тоже постреливать. Змеёй через дорогу сиганул в перерыв между выстрелами Зоркий Глаз и пополз к врагам, сжимая боевой томагавк в руке.

Луиза Гиббс справилась с заряжанием и начала гвоздить очередями по итак достаточно покошенной траве прерии. Двоих вскочивших и попытавшихся скрыться тут же разорвали пули "слонобоев". Затем наступило затишье. Лу вставляла новую ленту в Браунинг. Дэн и Дуб выцеливали врагов. В напряженной тишине раздался какой-то не совсем даже человеческий визг и тут же оборвался кровавым бульканьем. Из травы медленно поднялся Зоркий Глаз. В одной руке у него был длинный кривой нож, а во второй капал кровушкой свежий скальп.

– Эх!
– Денис сплюнул с досады, - живьём надо было брать демонов!

– Есть и живой, - откликнулся Зоркий Глаз, убрал нож, наклонился и потащил чьё-то безвольное тело по траве к холму с пулемётом. Туда же, перешагнув через труп коня, пошёл Крепкий Дуб, по пути выдернув томагавк из раскроенного черепа. Теперь он тщательно вытирал боевой топорик пучками травы. Наконец все четверо были вместе и преследователи и беглецы. Пятый находился в плачевном состоянии. Он схлопотал заряд крупной картечи. Бок его и рука были изрешечены и кровоточили, один глаз выбило. Кровь из пробитых лёгких шла горлом. Сразу было видно, что он не жилец.

– Ндааа!

Денис выдернул из тела пулемётчика тесак, приподнял голову за волосы и одним ударом перерубил шею. Гиббс наконец не выдержала и бросилась в траву, где её скрутило спазмами и вытошнило. Денис отбросил голову как ненужный мячик и та покатилась к дороге.

– Это Команчи, - как-то буднично произнёс Зоркий Глаз, я был как то в Оклахоме на празднике Паувау и видел их боевую раскраску.

– Ты Бешенный Пёс убил последнего выжившего в бою команча, скажи мне теперь, где искать его родню? Если мы не отыщем их, они отыщут нас.