Для столь юного возраста у девочки были удивительно взрослые глаза. Только Бубнову почему-то показалось, что для нее это не преимущество, слишком уж печальный был взгляд.

– Что это за козявки? – спросил он, указывая на скорчившиеся фигурки.

– Это овушки.

– Кто?!

– Овушки, – невозмутимо повторила девочка. – Традиционный персонаж местных сказок. Считается, что они живут в этих лесах и жили задолго до появления здесь людей.

– Как интересно! – почему-то оживилась Наташка. – Они такие милые!

Ну не дура ли?

Как оказалось, девочка была солидарна с Бубновым, но по другим причинам:

– Вообще-то, они не очень милые. Овушки – хищники, да еще и своенравные. Если по местным сказкам пройтись, то получается, что только они в живых и остаются. Иногда – медведь.

Слишком много информации для Наташки. Собственно, она и не напрягалась: пропустила все мимо ушей, продолжая беззаботно улыбаться.

– Ты сама их делаешь?

– Да.

– Ты умничка. Как тебя зовут?

– Вероника. И не очень-то я умничка, просто это единственное, чем мне позволяют заниматься.

Тут к прилавку подошла одна из старших женщин, и девочка в ее присутствии разом сникла, словно ожидая удара.

– Вероника, тебя ведь просили не отвлекать своими россказнями людей.

– Она и не отвлекала! – заверила женщину Наташка. – Мы сами подошли!

Женщина не стала спорить. Бубнов уже успел заметить, что они крайне неохотно вступают в любые споры, бабы эти лесные.

– Вы что-то хотели? – уточнила она.

– Да, конечно! А эти фигурки продаются?

Наташку нужно менять, однозначно! Но это потом, по возвращении в Пензу, а пока Бубнову пришлось купить ей этих дурацких овушек, чтобы она угомонилась.

Тем не менее ситуация послужила своего рода вдохновением. Чем больше Василий думал об услышанном, тем сильнее становился его интерес.

А вдруг действительно в этом лесу водится что-то такое, чего больше нигде нет? Не мистические чудовища, конечно, а самые обычные звери, просто редкие. Ведь многие легенды в итоге приводили к вполне реальным существам!

Об этих овушках Бубнов слышал уже не первый раз. Он видел, как лесная шпана их рисует, теперь вот фигурки повадились делать. Не появляется ничего на пустом месте, непрактично это! Что-то должно лежать в основе, даже в основе сказок.

При иных обстоятельствах Василий, может, и не стал бы заниматься подобной ерундой. Он же, как-никак, солидный бизнесмен, а не охотник на крокодилов какой-нибудь! Но тут – тоска смертная. А если найти цель, вроде охоты на тех же овушек, глядишь, и день быстрее пролетит. Какие у него альтернативы? Только смотреть, как Натка со своими глиняными цацками тетешкается! Уже и к бабам не пристанешь, потому как заплывший после удара глаз плохо видит, а если по второму получить, то и вовсе ослепнуть можно!

Как ни крути, охота – лучший вариант. Если ему удастся обнаружить некое подобие этих овушек, то эта поездка все-таки станет выгодной инвестицией!

– Я отправляюсь на прогулку по лесу! – объявил он.

– Чего? – Наташка изумленно захлопала накладными ресницами. – Куда?

– В лес, потому что прогулка по лесу возможна только там! – хохотнул Василий.

На этот раз Наташка не засмеялась, хотя обычно неплохо реагировала на его шутки. Точно, пора в утиль!

– Бу, зачем тебе это? Сегодня же холодно, а там противно и грязно!

– Не очень там противно, – парировал Бубнов. – Мороз как раз от грязи жидкой избавил, да еще и остатки снега есть. Нормалек, отличные условия. Мы разве не свежим воздухом дышать приехали?

– Думаю, да… – неуверенно отозвалась женщина.

– Вот и все! Прогулка по лесу!

– Я не хочу, – заныла она. – Там слишком холодно для меня! У меня кожа обветривается, а сапоги эти дурацкие чуть-чуть подтекают! У меня ноги мерзнут!

Бубнов ожидал чего-то подобного и даже обрадовался такой реакции:

– Значит, ты останешься дома, я один прогуляюсь.

– Как это?

Удивление Наташки было не напрасным: в большинстве случаев Василий настаивал, чтобы она его сопровождала. Ему важно было высказывать кому-то свое мнение и получать услужливый смех в ответ на свои шутки.

Теперь же без нее даже проще. Наташка своим нытьем любого зверя спугнет, ему настроение испоганит, с ней ни о каком успехе и думать не приходится.

– Схожу один, – пояснил Василий. – Надоело мне в четырех стенах сидеть, да и на рынок этот блошиный таскаться тоже надоело! Что ты так дергаешься? Погуляю и вернусь, не впервой!