Крисп хрюкнул, точно от удара в живот. Ему тут же припомнился скакавший на запад монах, так старательно огибавший его и халогаев. Нельзя было с уверенностью утверждать, что это был Гнатий, но тот монах направлялся именно туда, куда двинулся бы беглый экс-патриарх – к землям Петрония.

Эти мысли Крисп высказал вслух, добавив:

– Теперь у Петрония будет собственный патриарх, чтобы короновать мятежника и оплевать Пирра как самозванца.

– Вполне возможно, – согласился Барсим с легким поклоном. Для человека, столь недавно взошедшего на трон, – если быть точным, и недавно явившегося в город Видесс, – вы проявляете определенный талант к интригам.

– На месте Петрония именно это я и сделал бы, – пожал плечами Крисп.

– Именно. Но, поскольку Петроний известен коварством, вы мне не противоречите.

– Знаю. А у кого, по-вашему, я учился? – Крисп подумал немного, потом заметил:

– Когда будете уходить, Барсим, пришлите ко мне секретаря. Я продиктую указ, объявляющий Гнатия преступником, а за его голову – награду. Наверное, следует напомнить Пирру, чтобы тот со своей стороны его проклял.

– Вселенский патриарх уже позаботился об этом, ваше величество, – сообщил Барсим. – Вчера он предал Гнатия анафеме с алтаря Собора. Должен сказать, что даже для анафемы это была весьма сквернословная речь. В подтверждение могу привести такие выражения, как «извратитель патриаршего благочиния», «проказа духа» и «аспид, исходящий ядом с алтаря».

– Они друг друга всегда недолюбливали, – заметил Крисп.

Барсим поднял бровь, полузаметно признавая преуменьшение.

– Беда в том, – продолжил Крисп со вздохом, – что Гнатий просто предаст анафеме Пирра и никто ничего не добьется.

– Но Пирр обогнал противника. К тому же он проповедует в Соборе, и ему подчиняется церковь. Ему поверят больше, возразил Барсим.

– Вы правы, – согласился Крисп.

Эта мысль его немного утешила. Он постарался не забыть ее – то было первое утешение за последние несколько дней.

Генерал Агапет потер свежий розовый рубец, вспахавший его правую щеку. Размером и формой новый шрам почти повторял старый, на левой щеке, побелевший с годами.

Генерал не пытался скрыть облегчения оттого, что о своей неудаче он докладывает в Тронной палате императору, а не в темнице недоброжелательному палачу.

– Благим богом клянусь, ваше величество, я до сих пор не знаю, как этот мерзавец прошел мимо меня к Девелтосу с такой бандой, – досадливо басил он. – И не знаю, как он сумел так быстро захватить город.

– Это меня тоже удивляет, – ответил Крисп. Он бывал в Девелтосе – мрачной серой крепости, охранявшей дорогу между столицей и восточным портом Опсикион. Стены Девелтоса показались ему тогда угрожающе высокими и крепкими.

– Я слыхал, что чародейство Арваша разбило одну из башен, открыв путь дикарям, – заметил Яковизий.

Агапет фыркнул.

– Это обычное оправдание тех, кто быстрее всех бежит с поля боя. Они и врут, как бегут. Если бы боевые чары срабатывали хоть через три раза на четвертый, на войну ходили бы колдуны, а нам, солдатам, оставалось бы дома сидеть да цветочки выращивать.

– Сколько я знаю, – вставил Мавр, – живыми из Девелтоса убрались только те, кто быстрее всех бежал с поля боя. Остальные мертвы.

– Да, это так, – признал Агапет. – Халогаи и вообще-то кровожадны, но этот Арваш мне кажется просто бесчеловечным. Но все же мои ребята худо-бедно держали их на другой стороне границы. А тут он провел мимо нас целую армию. Может, это и вправду была магия, ваше величество. Не знаю, как иначе это объяснить, чтоб мне обледенеть, если я лгу.

– Я уже слыхал, что Арваш – колдун, – сказал Крисп. Никогда прежде не верил. Когда человеку везет, о нем тут же начинают ходить подобные слухи. Но сейчас я начинаю сомневаться.

– Говорят, халогаи убили всех священников в городе, – заметил Мавр. – Если Арваш и колдун, то его сила не от Фоса.

– Естественно, что язычник халогай не пользуется магией Фоса, – ответил Яковизий. – И если эти дикари вырезали весь город, вряд ли они остановились бы при виде синей сутаны. А вы? – Он изящно изогнул бровь.

Мавр давно привык не принимать его выходки всерьез.

– Прошу прощения, превосходный господин, но никогда не разорял городов, а потому не могу ответить на ваш вопрос определенно.

В малых дозах сарказм Яковизия бодрил. В больших – разъедал не хуже кислоты. Крисп вовремя перехватил инициативу.

– На самом деле вопрос стоит так: что делать теперь? Если я буду сражаться одновременно с Петронием и Арвашем, то лишь распылю силы и не разобью ни одного из них. Но если я навалюсь на одного, оставив второго в покое, тот может творить, что пожелает.

– Тебя не удивляет, что ты вообще захотите стать Автократором? поинтересовался Яковизий с невыразимым злорадством.