– Это Зем, – развеяла тревогу Клер, тоже услышав шорохи, доносящиеся со стороны таинственного черного диска.

– Зем? – непонимающе произнес Слоун. – Что он там делает? – и, не дожидаясь ответа, пошел на шум. Клер и Вирт ничего не поняли, но последовали за ним. Слоун чем-то щелкнул и фонарь в его руках выбросил перед ним красный луч света.

Странный поток, лишившись зрителей, резко опал гейзером, ушел вглубь скалы, погасил свое мерцание…

Они увидели, Зема, когда он, двигаясь какой-то неуверенной медленной походкой, словно действовал по принуждению, уже приблизился вплотную к диску. Неподвижно замер, остановившись перед ним; его лицо было отрешенно-сосредоточенным, казалось, он решал очень трудную для себя задачу. Слоун сделал знак рукой, чтобы Зему не мешали, проговорил тихо, обращаясь к оператору:

– Вирт, ты ничего странного не заметил в нем, когда вы летели сюда? – в голосе ученого слышалась тревога и одновременно ожидание. Его глаза странно светились, но оператор отнес это к воздействию красного светофильтра фонаря, и в тоже время ему показалось, что ученый догадывается о чем-то важном, но пока не решается сказать.

Вирту передалась его тревога, он наклонился к Слоуну, проговорил очень тихо, так, чтобы не слышал Зем:

– Нет, он выглядел, как обычно… От всего отрешен, молчалив. Весь в себе… Нет, ничего необычного…

– А сейчас какой-то не такой стал, как-то изменился, но как не пойму. Неужели на него так подействовала атмосфера замка?

– Возможно, – согласился Вирт, он тоже почувствовал перемены в товарище. – Я тоже ощущаю какое-то давление…

Зем шевельнулся. Он по-прежнему никого и ничего не видел, – кроме черного диска. Абсолютно темная поверхность артефакта приковала его внимание. Он не мог оторваться от него. Он хотел быть ТАМ, но пока был здесь. Не хватало последнего незначительного усилия. На его лице отчетливо проступило выражение внутренней борьбы. Зем боролся с собой и у него пока ничего не получалось. Пытался решиться на что-то и не мог. Лицо исказило выражение отчаяния. Неизвестное далёко манило его, звало к себе, но одновременно и пугало, и он не мог решиться…

Вирт каким-то чувством определил момент, когда Зем принял роковое решение, решился на последний шаг. Подсознательно он понял, что этого делать ни в коем случае нельзя! Рванулся к Зему, надеясь успеть, но его опередили.

– Зем! Не делай этого! – услышал он пронзительный крик Клер. На Зема это не подействовало, возможно, он ничего не слышал. Зем был уже ТАМ. Резко выдохнул и решительно ступил на диск. Его фигура мгновенно окуталась светящейся пеленой, свечение стремительно разрасталось; раздался легкий хлопок и диск стал свободным. Зем исчез! Остался только легкий запах серы и леденящий холод…

Прошло несколько минут, прежде чем они пришли в себя. Первым нарушил молчание Слоун:

– Возможно, из нового путешествия он вернется другим, прежним Земом, – совершенно спокойно, с легкой грустью в голосе произнес он, подходя к диску. – А вот, что ожидает нас…

На темной поверхности черного артефакта проступила мерцающая кровавым светом вязь непонятных значков, которая вскоре исчезла.

– Слоун, ты знал, чем это кончиться, – отрешенно проговорила подавленным голосом Клер, – и не стал препятствовать?

Ученый не ответил, он даже не повернулся в сторону девушки, задавшей вопрос; сменил светофильтр в фонаре и медленно побрел к входу в ближайший туннель.

Вирт хорошо понимал Клер, – Зем вернулся из очередного «путешествия» всего лишь год назад, и вот опять…

Они рискнули пройти несколько сот метров по туннелю с идеально отполированными стенами и сводом, но ничего интересного не обнаружили; ощущалось легкое движение воздуха, – воздуха чистого и в меру теплого. Туннель был абсолютно пуст и идеально горизонтален, Слоун подтвердил это, сверившись с показаниями прибора. Несколько раз они проходили мимо ответвлений: эти ходы были значительно уже и ниже, но с такими же гладкими стенами и арочным сводом. Стояла мертвая тишина, нарушаемая лишь их осторожной поступью. Чем дальше уводил их бесконечный туннель, тем неуютнее чувствовал себя Вирт; он стал ощущать на себе чей-то тяжелый равнодушный взгляд, совсем, как тогда, – на островной базе много лет назад, перед катастрофой вертолета. Неуютно чувствовала себя и Клер, она взяла оператора за руку, прижалась к нему, и он чувствовал дрожь ее тела. За весь путь по длинному подземелью девушка не проронила ни слова. Вирт ощущал ее тревожное состояние. Она нервничала, ее что-то держало в постоянном напряжении, девушка определенно что-то знала или о чем-то догадывалась. Чувствовала, что должно что-то произойти! Вирт видел, – ожидание изматывало ее, он обнял девушку за плечи и подумал, что до их с Земом прилета, возможно здесь, что-то произошло, но спросить не решился. Вероятно, не лучше себя чувствовал и Слоун, миновав очередное ответвление, он остановился, посмотрел на экран прибора:

– Возвращаемся! – проворчал он недовольно. – Тут должна работать постоянная экспедиция! – в его голосе звучала досада, он понимал, что до настоящего изучения этого феномена руки дойдут не скоро, для этого просто нет сил.

Они вышли из туннеля и покинули башню, когда ноги подкашивались от усталости и голода. Перед тем, как выйти еще раз понаблюдали бурление странного потока в глубине провала, и осмотрели поверхность черного диска, но ничего не изменилось за время их отсутствия. Диск все также чернел в свете фонаря, не отражая ни одного блика, храня тайну исчезновения Зема…

За пределами башни их встретила лунная ночь, и штормовой ветер, который, правда, бушевал немного выше замка. С изумлением они наблюдали, как откуда-то с высоты падали ледяные глыбы, вырываемые шквалом с крутых «языков» громадного ледника, нависшего над черным замком, и, недолетая нескольких метров до башни, они словно обо что-то ударялись и, изменив траекторию полета, исчезали в бездонной пропасти. Клер зябко повела плечами, настолько жутко это выглядело со стороны; во дворе же стояла мертвая тишина, и царил покой.