— Мне не нужна твоя помощь, Мия.

Я чувствую, как мое лицо вспыхивает от его колючих резких слов.

Прочистив мое внезапно пересохшее горло, я отвечаю ему:

— Я не предлагаю тебе помощь. Я просто хочу удостовериться, что ты ничего себе не сломал. И больше ничего.

 Он прикрывает глаза.

Отступив от забора, он подходит ко мне и протягивает свою пораненную руку.

Я беру ее в свои, пытаясь не замечать необычные ощущения от его прикосновения, и принимаюсь осматривать его руку, чтобы удостовериться, что он ничего себе не сломал.

— Все в порядке, — я смотрю вверх на него пару мгновений спустя. — Твоя рука в течение нескольких дней будет опухшей и появится синяк. Тебе лучше всего приложить к ней лед, и нам также следует почистить рану, — я провожу кончиком пальца по его костяшкам пальцев.

Я поднимаю на него взгляд и обнаруживаю, что он внимательно меня рассматривает потемневшими глазами. Воздух между нами моментально наэлектризовывается. Мой пульс учащается. В животе порхают бабочки, и я вся словно горю.

И что же я делаю в этот момент?

Я отпускаю его руку и отступаю на шаг, увеличивая между нами расстояние.

 Возможно, я и не боюсь Джордана, но я знаю, как ярость, смешанная с сексуальным возбуждением, действуют на мужчину.

Я не говорю, что мы с Джорданом собираемся заняться сексом. Я просто не хочу, чтобы и без того неловкая ситуация стала еще сложнее и запутаннее.

Он распрямляет свои пальцы.

— Все, что ты делаешь, — это помогаешь нам, Метьюсам, — от меня не ускользает то, как резко прозвучал его голос.

— Мне это не трудно, — я пожимаю плечами.

— Мия... — он откидывает здоровой рукой волосы со лба и громко выдыхает, — я извиняюсь, что ты стала свидетельницей подобной сцены. Нас с Донни объединяет одна большая и уродливая история. Я знаю, это не оправдание, но в данном случае у меня на выбор был либо этот забор, либо его рожа. Забор лучше, ведь, правда?

— Правда, — я улыбаюсь, — но я не думаю, что забор с нами согласен. Я указываю пальцем на вмятину, которую оставил в нем его кулак.

Тело Джордана начинает сотрясаться в беззвучном смехе. Его глаза тоже смеются.

Я позволяю себе скромное хихиканье.

— Не хочешь поговорить обо всем этом?

Его веселое настроение моментально улетучивается. Он рассматривает землю у себя под ногами в течение какого-то времени.

— Нет, — наконец говорит он, поднимая голову. — Сейчас все, чего я хочу — это напиться.

 Еще немного рановато для посещения бара... но какая к черту разница. Напиваться посреди белого дня — это тоже будет новая часть новой меня.

— Я согласна, — улыбаюсь я.

— Вот это я понимаю, моя девочка, — ухмыляется он.

Его девочка?

Его девочка.

Мия

Мы едем обратно в Дюранго и направляемся прямо в центр города, где расположены бары. Джордан сказал, что оставит свою машину на парковке на ночь, а мы возьмем такси, чтобы потом вернуться обратно в отель.

Это для меня впервые — зайти вечерком в бар с намерением напиться.

 Я вся в предвкушении. Ну ладно, даже более, не могу дождаться. У меня такое ощущение, что я собираюсь сделать что-то запретное.

 Это на самом деле очень грустно, но это правда.

 Джордан привез меня в бар, который так и называется «Бар». Я сижу за столиком в самом конце зала. Джордан ушел, чтобы купить нам что-нибудь выпить. Он платит за напитки в этот раз.

 В следующий раз платить буду однозначно я.

 Он возвращается, держа в руках четыре рюмки и две бутылки пива под мышкой. Кажется, нам предстоит настоящая пьянка.

— Текила, — говорит он, ставя передо мной две рюмки.

 Я никогда не пробовала текилу, но, черт возьми, я же теперь новая Мия. Новая Мия — она пьет текилу.

Я беру одну из рюмок, но его голос останавливает меня.

— Сначала соль.

Присаживаясь напротив меня, Джордан берет солонку со стола.

— Руку, — требует он.

Я протягиваю ему свою правую руку.

 Когда он берет ее в свою, мое тело моментально реагирует на его прикосновение легкими спазмами в моем самом интимном месте.