— Ничего. Шестью десятками минус или плюс — для них роли уже не играет. Это собрание будет последним.

— Кольцо.

— Именно, Борис. Только кольцо. И в центре этого кольца — вы. Боюсь, что поняв, кто вы такой, Магда рискнёт уничтожить Илону.

— Я её им не отдам.

— Не физически, психологически. О вампиризме слышали?

— Да.

— А скоростная откачка нервной энергии вам знакома?

— Да.

— Боюсь, что здесь будет комплексное вредоносное воздействие. И одной скоростной откачкой эти мстители не ограничатся.

— Мстители? Кому и за что? — заинтересовался Борис.

— Они не глупы и видят, что вокруг них сжимается кольцо, преодолеть которое им не под силу. Если вы вытащите Илону — рухнет связующее звено между ними и паствой. И Илону они будут держать до последнего. И будут мстить прежде всего ей, поскольку через неё вы вышли на них.

— Я им её не отдам. — повторил Борис.

— Знаю. Поэтому четыре варианта проведения операции уже готовы. Мы готовы ко всему — от самого мягкого до самого жёсткого варианта. Но нам хотелось бы обойтись максимум средним по жесткости.

— И мне тоже.

— Так что завтра в десять утра вы должны быть на Литвиновской двенадцать. На Театральной три вы встретитесь словно случайно с Илоной. Это будет примерно в половине двенадцатого. В полдень вы будете на Жилянской сорок восемь — это тот самый культурный центр. В двенадцать пятнадцать — ваша встреча с Магдой и её супругом. Разговор с ними будет тяжёлым и длительным, но вы, Борис, должны выдержать. В три часа — общее молельное собрание, которое продлится как минимум до шести. В шесть ноль пять — час Че — мы берём всех, кого только найдём в этом зале. Извините, Борис, но вам также придётся, возможно, намять бока. Предполагаем тяжёлый и затяжной штурм и мощное психологическое противодействие. Так что «Кобра» будет в полном боевом облачении. Ясно?

— Да. А что там на Литвиновской двенадцать? Я видел там только склад бытовой техники.

— Во-во. Это отправная точка вашей прогулки. Гулять будете по торговым центрам и площадкам, ничего не брать, просто смотреть. Можете взять пару — тройку безделушек для кармана. Но идти вы будете в ходе прогулки всё равно в направлении улицы Театральной, дом три. Это просто здание юридического центра, ничего особенного. Полчаса пешком оттуда — и вы в культурном центре. Все это время вас будут контролировать и охранять наши люди. Дальше всё может пойти шиворот-навыворот, но мы готовы и к такому варианту. Центр будет изначально блокирован по схеме «Сфера». Знакомо?

— Да. Значит дальше — шесть часов…

— Именно. Шесть часов высшего напряжения для вас, Борис. И для нас. Расшифроваться там вы не можете ни под каким видом и ни при каких обстоятельствах. Расшифровка в любой форме возможна только после штурма и его завершения. Ясно?

— Да.

— Это все. Дальнейшее — на ваше усмотрение. Сегодня отдыхайте и обдумывайте всё, что только можно. Готовьтесь. До встречи.

— Хорошо. До встречи. — Борис покинул машину и продолжил пробежку.

Целый день Борис продолжал вести образ жизни архипримерного отдыхающего. Он даже сделал несколько малозначительных и совершенно безобидных глупостей, чтобы его линия поведения не выглядела слишком рафинированной. Но внутри он медленно собирался в туго взведенную пружину, почувствовать мощь и силу которой не могли те, кто не относился к числу сотрудников АПБ. Вечером Борис лег непривычно рано — в восемь и уже в шесть часов мелодичный сигнал наручных часов пробудил его и заставил встать с постели. Умывшись и переодевшись, Борис посмотрел на себя в зеркало и понял, что он готов к битве как никогда. Теперь предстояло натянуть на себя двойной психологический кокон и ничем не нарушить личину добропорядочного отдыхающего юнца.

После завтрака, съеденного в круглосуточно работавшем ресторане Центра, Борис критическим взглядом окинул себя в зеркальном отражении и направился к КПП. В восемь утра он уже входил на территорию музейной усадьбы одного известного врача — терапевта, прогулялся по обоим этажам главного здания, по парку и саду, постоял у восьмисотлетней сосны, высаженной по преданию руками хозяина усадьбы и проголосовав, остановил пассбус, шедший на окружную дорогу. В половине десятого он уже был на пути к Литвиновской двенадцать. Торговые ряды поглотили его внимание целиком и полностью. Наконец у одного из прилавков с пищевыми добавками он увидел Илону. Она также увидела его.

— Плохо в центре кормят, если ты пришёл сюда. — сказала Илона.

— Возможно. Я просто пришёл посмотреть, какой тут ассортимент. — Борис понял, что всё пошло не так, как надо с самого начала — ведь встретиться с Илоной он должен был не здесь, а совершенно в другом месте.

— Что либо брать будешь?

— Ага. Вот эти пять тубусиков и эти два пакетика.

— Неплохо. Разбираешься.

— Стараюсь, Илона.

— Тогда пройдём по рядам ещё раз вместе.

— Пройдём.

— Кстати, Магда хочет тебя видеть.

— Зачем?

— Просто пообщаться. Её муж также изьявил желание побеседовать с тобой.

— Что — то слишком быстро. — недовольно протянул Борис.

— Что поделаешь, Боря, ты — слишком заметная личность для нашей бедной впечатлениями атмосферы Тямницы.

— Не знаю, не знаю. И о чём они хотят со мной поговорить?

— О многом, Боря, о многом.

— Ладно, когда?

— В двенадцать пятнадцать. До этого времени мы свободны.

— Хорошо. — внешне безучастно согласился Борис, удивившись, насколько российская АПБ всё чётко просчитала. — Прогуляемся по рядам?