— Тогда зачем ты это делаешь? — проговорила она подавленным голосом.

Наступила пауза, и на заднем фоне опять послышался смех. Потом Дэвид сказал:

— Вчера мы с Лизой расписались в загсе...

— Ты только что мне это говорил, — огрызнулась Розалинд. — Я не глухая.

— Извини, я... Послушай, милая, пожалуйста, пошли Лизе сообщение, что ты сожалеешь...

— Нет! Я этого не сделаю.

— Розалинд, она ничем такого не заслужила...

— Как ты можешь это говорить? Ты прекрасно знаешь, что она только и ждала, чтобы мама скорее умерла. Если бы я могла, то испортила бы каждый день ее жизни, потому что именно так она поступает с моей.

— Нет, Розалинд, ты все неправильно понимаешь...

— Разговор окончен.

— Ладно. Тогда, по крайней мере, извинись передо мной, прежде чем отключаться.

— Если я расстроила тебя, извини, но ей я не буду отсылать сообщение, так что, пожалуйста, даже не проси.

Дэвид опять на что-то отвлекся, а потом сказал:

— Джерри едет домой...

— Нет! Он мне здесь не нужен.

— Он уже уехал. А теперь, пожалуйста, дай опять трубку Ди.

Передав телефон тетке, Розалинд плюхнулась за стол и закрыла лицо руками. Если она когда-нибудь нуждалась в матери больше, чем теперь, то не могла этого вспомнить. Внезапно потребность в ней стала такой острой и всепоглощающей, что хотелось кричать от ее беспощадной мощи.

— Хорошо, я сделаю все, что в моих силах, — проговорила Ди и, повесив трубку, села рядом с племянницей.

— Пожалуйста, не пытайся уговорить меня отправить это сообщение, — сказала Лиза, угадав, о чем попросил тетю Дэвид.

— Тогда давай я его отошлю. Если не хочешь, я даже не буду говорить тебе, что там написано. Но, милая, они уже поженились, свадьба все равно идет своим чередом...

— В таком случае ей не нужны извинения.

— Но ты сожалеешь, что отправила то послание, я же вижу. Если тебе трудно признаться самой, позволь мне сделать это за тебя.

Розалинд покачала головой.

Не обращая внимания, Ди сказала:

— Где твой мобильный?

— Почему все на ее стороне? — внезапно вскипела Розалинд, стукнув кулаками по столу. — Она для нас никто, слышишь меня? Никто! Если хочешь чем-нибудь помочь, почему бы тебе не вышвырнуть ее из нашей жизни?

Она выскочила из кухни, а Ди осталась сидеть, беспомощная и растревоженная. Время не слишком помогало горю ее племянницы, а теперь, когда Дэвид женился во второй раз, Ди невольно становилось страшно при мысли, в какие глубины отчаяния может провалиться Розалинд.

Наверху, у себя в комнате, Розалинд раскрыла телефон и, пару раз стерев и заново набрав текст, составила сообщение отцу, в котором говорилось: «Если хочешь сказать ей, что я не наделаю глупостей, можешь говорить, потому что я их не наделаю, по крайней мере не сегодня».

В конечном итоге, беспокоясь об отце, она заставила себя стереть последние пять слов и, нажав кнопку «отправить», зарылась лицом в подушки. Стискивая их руками, она всеми фибрами своего существа устремилась к матери, моля ее хоть как-нибудь откликнуться, потому что она больше не могла выносить эту пустоту, молчание и жуткое, пугающее одиночество, к которым свелась ее жизнь с тех пор, как не стало Катрины.

Лиза разговаривала по телефону с Дэвидом, когда Эми вернулась с четырьмя бокалами шампанского на подносе. Взяв один, Лиза кивком головы поблагодарила ее и сделала глоток, продолжая слушать Дэвида:

— Мне искренне жаль, что так получилось. Если бы я мог предполагать, что она сделает что-нибудь подобное...

— Дорогой, это не твоя вина, — мягко прервала его Лиза. — Главное, чтобы с ней все было в порядке.

— Ди у нее, Джерри уже в пути. Я знаю, что она сожалеет, хотя и не может заставить себя сказать об этом. Эми с шампанским уже пришла?

— Только что. Спасибо, оно очень кстати.

— Я так и думал. Ну что, ты готова продолжить? Если хочешь задержать или...

— Если ты готов, то я тоже.

В голосе Дэвида слышалась дрожь, когда он сказал:

— Тогда давай попробуем выбросить из головы несколько последних минут и сосредоточиться на том, ради чего все это затеяли.

Сделав еще один живительный глоток, Лиза хотела сказать, что не думать о Розалинд будет трудно, но от этих слов никому лучше не стало бы.

— Сказать всем, что мы готовы? — спросил Дэвид.

Почувствовав, как внутри все перевернулось от волнения, Лиза посмотрела на себя в зеркало и в очередной раз удивилась, почему так нервничает, если они уже поженились. Потом, позволив себе вспомнить, как чудесно она выглядит, сказала:

— Да. Почему бы тебе этого не сделать?

Положив трубку, Лиза еще раз глотнула шампанского, обвела всех взглядом и шепнула:

— Так, девочки, по местам.

Несколько минут спустя, когда смех стих до шепота, а музыканты приготовили инструменты в ожидании сигнала, Рокси вышла из гостиной, неся маленькую веточку белого душистого горошка в колышущемся облаке зеленого папоротника. Бесшумно миновав четыре широкие ступени ведущей во двор лестницы, она заняла свою позицию.