То был единственный раз, когда Флорентина видела, как плачет Белла, хотя трибуны встали и устроили ей овацию, когда она уводила команду с поля. Белла проиграла, но взамен получила две компенсации: её пригласили в женскую команду Соединённых Штатов, и она встретилась со своим будущим мужем.

На приёме после игры девушек познакомили с героем матча Клодом Ламонтом. В блейзере и фланелевых брюках он казался ещё меньше.

— Милый парнишка, — сказала Белла и погладила его по голове. — Прекрасный гол.

К удивлению Флорентины, Клод не выразил никакого протеста.

— Ну разве она не первоклассный игрок? — только и спросил он.

Когда Белла и Флорентина переоделись к танцам, Клод проводил обеих девушек на мероприятие, которое Белла, наблюдая за тем, как юноши роятся вокруг её подруги, назвала выставкой племенного скота. Все юноши хотели потанцевать с Флорентиной, поэтому Клод был отправлен за едой и напитками, которые он принёс в таком количестве, что хватило бы на целую армию. Белла съела всё без остатка, наблюдая за тем, как её подруга кружится по паркету.

В первый раз Флорентина увидела его, когда танцевала, а он разговаривал с девушкой в углу зала. Рост под метр девяносто, вьющиеся волосы… Его ровный загар говорил о том, что зимние каникулы он проводил не в Кембридже. Флорентина безотрывно смотрела на незнакомца, он обернулся, и их взгляды встретились. Она быстро отвернулась и попыталась сосредоточиться на том, что говорит её партнёр — что-то насчёт продвижения Америки в компьютерную эпоху и о том, как он собирается участвовать в этом. Когда танец закончился, разговорчивый партнёр отвёл Флорентину к Белле. Флорентина увидела, что незнакомец стоит рядом.

— Хочешь перекусить? — спросил он.

— Да, — соврала она.

— Пойдём к моему столику.

Они оставили Беллу и Клода продолжать дискуссию о том, как важен перевод игры с фланга на фланг в хоккее на траве и на льду.

Первые несколько минут никто из них не произнёс ни слова. Он сходил к буфету и вернулся с закусками. И тут они заговорили одновременно. Его звали Скотт Робертс, и в Гарварде он специализировался по истории. Флорентина как-то читала в колонке, посвящённой общественной жизни Бостона, что он был одним из наследников бизнеса семейства Робертсов и одним из самых завидных женихов Америки.

— Жаль, что мы не встретились раньше, — сказал Скотт. — Между прочим, я был в Редклифе несколько недель назад — на поле, когда мы так позорно проиграли.

— Ты играл в том матче? А я тебя не заметила.

— Неудивительно. Я большую часть игры провалялся на земле от тошноты. Никогда в жизни так не напивался. Когда ты трезв, то понимаешь, как велика Белла Хеллман, но когда ты пьян, она превращается в настоящий танк.

Флорентина засмеялась и с радостью слушала, как Скотт рассказывает о Гарварде, о своей семье и о жизни в Бостоне. Остаток вечера она танцевала только с ним, и, когда танцы закончились, он проводил её обратно в Редклиф.

— Увидимся завтра? — спросил Скотт.

— Да, конечно.

— А давай съездим за город и пообедаем.

— Давай.

Большую часть той ночи Белла и Флорентина рассказывали друг другу о своих новых друзьях.

— Как ты думаешь, повлияет ли на отношения его положение в обществе?

— Нет, если юноша стоит того, чтобы принимать его всерьёз, — ответила Белла. — У меня нет ни малейшего представления о том, какое положение в обществе занимает Клод.

На следующее утро Скотт Робертс и Флорентина уехали за город на его новеньком «Ровере». Ей никогда в жизни не было так хорошо. Они пообедали в небольшом ресторане в Дедхеме, который был полон людей, знавших Скотта. Флорентину познакомили с какими-то Лоуэллом, Уинтропом, Кэбботом и ещё одним Робертсом. Ей стало легче, когда она увидела, что от столика в углу к ней идёт Эдвард Винчестер в сопровождении красивой темноволосой девушки. «Как хорошо, что здесь есть хотя бы один человек, которого знаю я», — подумала Флорентина. Эдвард представил ей свою невесту Даниэль, и было заметно, как он счастлив.

Когда они ушли, держась за руки, Флорентина долго смотрела им вслед.

По возвращении в Редклиф Скотт нежно поцеловал Флорентину в щёку и сказал, что позвонит на следующий день.

Он позвонил в обед и спросил, не придёт ли она поболеть за него в субботу, когда ему предстоит играть в составе университетской команды. А потом можно будет вместе поужинать.

Флорентина согласилась, с трудом скрывая радость, — она не могла дождаться дня, когда снова увидит Скотта. Неделя показалась ей вечностью.

После окончания субботнего матча они пришли в ресторан «Лок Обер», где Скотт опять был знаком со всеми, но на этот раз Флорентина видела вокруг себя лица с журнальных обложек. А он не замечал их, внимательно ухаживал за Флорентиной, и это помогло ей расслабиться. Они ушли последними. На прощание Скотт поцеловал её в губы.

— Приедешь завтра к обеду в Редклиф? — спросила Флорентина.

— Не могу, — сказал он. — У меня курсовая, которую я должен закончить завтра, и я не уверен, что успею до двух. Ты не против приехать ко мне на чай?