Роберт Максимович Цой: «Это уже было, когда ему 14–15 лет исполнилось. Ломка голоса, он уже тогда начал группы сколачивать. Сначала дворовые с друзьями, потом в Серовском (Художественное училище им. Серова. — В. К.), и тут уже он начал вокалом заниматься. Я помню, закроется в ванной и голосит там. Один раз он там заперся, и тут мы пришли. Я слышу, из ванной какой-то вой идет, а это он там тренировался, голос ставил. Не зря, видно. Чувствовал, наверное, потребность» [5] .

Валентина Васильевна Цой: «Помню, как в 15 лет Виктор начал курить. Что ж, думаю, всё надо в жизни попробовать. В это же время прорезалось у него желание петь. А тут, как назло, началась у него возрастная мутация голоса.

— Мама, ну скоро это у меня пройдет? — приставал он ко мне.

А я думаю: “Да напоешься ты еще!”» [6] .

Еще в 1976 году, в художественной школе, Виктор Цой подружился с одноклассником Максимом Пашковым, и именно в это время образовалась группа, которая чуть позже получила название «Палата № 6». Более продвинутый Пашков, носивший настоящие джинсы, вельветовую жилетку и модную «битловскую» прическу, уже умел хорошо играть на гитаре. Он взял на себя роль вокалиста, а Цою, после приобретения в складчину в комиссионке бас-гитары, досталась роль бас-гитариста. Барабанщиком же новоиспеченной группы стал Виталий Соколов, которому за неимением ударных пришлось довольствоваться пионерским барабаном и всевозможными железяками.

Максим Пашков: «В основном тексты (на английском) и музыку писал я. А Витя очень помогал с аранжировками. У него с детства просто отличный вкус. Он выдавал интересные пассажи на гитаре. Но первое время очень стеснялся петь» [7] .

После восьмого класса, в 1977 году, он поступил в Художественное училище им. Серова (ул. Пролетарской Диктатуры, 5), в просторечии — «Серовку». Оно вело свою историю от Рисовальной школы на Бирже (основанной в 1839 году), предназначенной для подготовки художников-практиков. В 1920-х годах школа была преобразована в училище, а с 1968-го стала называться Ленинградским художественным училищем им. В. А. Серова. Здесь наряду с общеобразовательными изучали специальные дисциплины: рисунок, живопись, композицию, художественное конструирование, историю и теорию искусства, получали педагогические знания и овладевали практическими навыками. В училище было несколько отделений, на одно из них — оформи-тельное — и поступил Виктор Цой.

Просуществовавшая достаточно долго, около пяти лет, «Палата № 6» стала для Виктора настоящей музыкальной лабораторией. Пашков, оставшийся доучиваться в художественной школе, приходил на репетиции в «Серовку», и на местном комплекте аппаратуры музыканты «Палаты № 6» разучивали пассажи из наиболее популярных композиций «Deep Purple» и «Black Sabbath». Вскоре после того как «Палата» стала репетировать в «Се-ровке», Виталий Соколов прекратил музицирование, но в училище по счастливой случайности нашелся новый барабанщик, Анатолий Смирнов — разносторонне одаренный художник и музыкант, который уже тогда поглядывал в сторону профессиональной сцены.

Когда одного из тогдашних преподавателей, а ныне директора училища Сергея Алексеевича Кирпичева, студенты стали расспрашивать про Цоя, он совершенно честно рассказал, что студент Цой всех доставал своим поведением — игнорировал занятия, появлялся в аудитории редко, при этом вел себя независимо, в том числе и с преподавателями. К тому же носил длинные волосы, что в конце 1970-х считалось вызовом обществу. Но, несомненно, обладал талантом (см. сайт художников и реставраторов.

По воспоминаниям же другого преподавателя, Цой писал хорошие натюрморты, а на втором курсе начал писать кривые рожи и вскоре вылетел из училища.

Тогда Цоя больше всего интересовала не живопись, а гитара и поэзия. Гитара при нем была всегда, он и в училище с ней ходил. Сергей Алексеевич Кирпичев рассказывал, что «директриса училища Хилькевич выгнала Цоя с формулировкой “за разгильдяйство” и никогда об этом ничуть не жалела».

Виктора отчислили из училища (официально за неуспеваемость) в 1978 году, и он устроился штамповщиком на завод, продолжая учиться в вечерней школе.

В 1979 году он поступил в СПТУ-61 (улица Стойкости, д. 30, корп. 2) на специальность «резчик по дереву». Это специальное профессионально-техническое училище было раньше школой фабрично-заводского обучения (ФЗО), созданной в 1947 году. Как известно, в годы Великой Отечественной войны Ленинград сильно пострадал от вражеских бомбежек. Жилые дома, памятники архитектуры, административные здания необходимо было восстанавливать, и для этого срочно потребовались специалисты.

Сегодня СПТУ-61 переименовано в Художественно-реставрационный профессиональный лицей (ХРПЛ), в нем готовят реставраторов, специалистов с художественным уклоном, а тогда, в 1979 году, это учебное заведение считалось весьма посредственным. По мнению преподавателей Художественного училища им. Серова, туда попадали одни разгильдяи.

В сентябре того же 1979 года учащиеся СПТУ-61 были посланы на сельхозработы в колхоз. Там Цой познакомился с Сергеем Тимофеевым, игравшим ранее в группе «Берега», который тоже сочинял симпатичные битовые песни. Вернувшись в Питер, они собрали в стенах училища группу «Ракурс», которая стала играть на дискотеках.

Сергей Тимофеев: «Я учился на альфрейно-живописной росписи. Так как я с восьмого класса занимался музыкой, то и пытался собрать группу. В колхозе мы и собрались. Стало ясно, что Цой играет на гитаре, на бас-гитаре — Сафошкин, на барабанах — Толик Кондратюк + разные сессионные приходящие музыканты. Репетировали, выступали на конкурсах по ДК. Записей нет, так как тогда немыслимо трудно было записаться. Пели мои и цо-евские песни. В то время в колхозе как раз он сочинил “Алюминиевые огурцы”, “Любит Вася диско, диско и сосиски”, “Я бездельник”. Тогда Цой прикалывался к песням типа “Люблю я макароны” (перепевка итальянской песни по-русски), “Черная суббота” группы “Мифы” Геннадия Барихновско-го… Могу процитировать строчки припева, которые он написал для моей песни, которые никто не слышал — тут проявилась вся его гениальность: