Перед тем, как свернуть направо, они оказались в облачной зоне и сразу поняли, почему дорога получила такое название. Двухполосное шоссе с щебеночно-асфальтовым покрытием то поднималось вверх, то спускалось вниз, и уже на первой миле они попали в облачную гряду. Теперь Трэвис видел облака вблизи: морской туман, питающий флору здешних мест – прежде всего секвойи, стоявшие вдоль дороги, точно тридцатиэтажные здания.

Они свернули там, где карта показывала самый узкий кряж, и стали подниматься вверх по склону пешком.

Двадцать минут спустя они выбрались из тумана уже на другой стороне гряды и между деревьями увидели город, расположившийся под плотным облачным покровом. Вдоль главной улицы шли аккуратные кирпичные здания, построенные более столетия назад. Остальные дома были коттеджами и бревенчатыми хижинами, южная часть города уходила к предгорьям, где они сейчас и стояли, а северная – к берегу озера. Город выглядел как естественный амфитеатр, а озеро играло роль сцены; здесь не нашлось бы ни единого здания, из которого не открывался великолепный вид.

Расположение улиц полностью соответствовало карте, которая запечатлелась в памяти Трэвиса. Он отыскал дом Аллена Рейнса на холме на северо-восточной границе города, примерно в трети пути вокруг озера. Над домом клубился туман, и он находился на той же высоте, что Трэвис, Пэйдж и Бетани. Шесть «Хамви» все еще стояли рядом на парковке, и какие-то люди продолжали входить и выходить из дома. Очевидно, они проводили тщательнейший обыск, снимали ковры и вскрывали пол, простукивали стены. Листок бумаги мог находиться где угодно. Трэвис подумал, что он прятался в самом недоступном месте из всех – голове владельца дома. Рейнс наверняка все запомнил двадцать пять лет назад, а потом уничтожил «шпаргалку».

Чейз перевел взгляд к центру города и нашел «Третью зарубку». Двухэтажное деревянное здание, выкрашенное в зеленый цвет с белой окантовкой. Очевидно, за домом хорошо ухаживали. Рядом Трэвис не заметил ни одного «Хамви». И никаких пеших охранников. Через большие окна он сумел разглядеть несколько столов и кабинок, но все они пустовали. Лишь кто-то в переднике расхаживал бесцельно по залу.

– Место выглядит мертвым, – заметила Пэйдж.

– Кафе? – уточнил Трэвис.

Она покачала головой.

– Весь город.

Чейз присмотрелся внимательнее и понял, что имела в виду Пэйдж. Нет, Рам-Лейк не выглядел брошенным, но жизнь в нем замерла. Никаких детей на велосипедах. Никто не выгуливал собак. Он вообще не видел людей на улицах. Джип «Чероки» с переполненным багажником на крыше отъехал от одного из домов, миновал два квартала по главной улице и свернул на запад. Очень скоро он покинул город и покатил в сторону побережья. Пэйдж указала на другой дом: его обитатели укладывали в багажник пикапа чемоданы и сумки.

– Они знают: что-то происходит, – сказал Трэвис.

– Ну, так давайте выясним, что случилось в городе, – предложила Бетани.

Через десять минут они подошли к «Третьей зарубке». Их встретила женщина лет сорока в фартуке. У нее на груди висела бирка с именем: Джинни. Она выглядела обеспокоенной. Будь в кафе полно народу, а у нее не хватало бы официанток, это можно было бы понять. Однако зал пустовал – только Джинни и двое ее детей, мальчик и девочка, шести и десяти лет соответственно. Они со скучными лицами сидели за одним из столиков и играли в какую-то видеоигру.

Когда Трэвис, Пэйдж и Бетани вошли, Джинни говорила с кем-то по сотовому телефону. Она махнула им рукой, показывая: я сейчас освобожусь.

– Ну, мы ждем, – продолжала она. – Запри все и заезжай за нами. – Она повесила трубку, не попрощавшись. – Все мои люди разошлись. Могу согреть вам пиццу и принести что-нибудь выпить.

– Диетическую колу или пепси, – сказал Трэвис. – Меня устроит любой вариант.

Пэйдж и Бетани попросили то же самое. Джинни удалилась в заднюю комнату, а они уселись у стойки. Трэвис заметил лежавшую рядом стопку меню. На обложке был нарисован Пол Баньян [26] с огромным ремнем с тремя зарубками на нем. Но сейчас Трэвиса совсем не интересовала его история.

Джинни вернулась с бутылками и чеком, поставила их на стойку и вновь принялась наводить порядок у кассы. Она выглядела чем-то сильно обеспокоенной.

– Я слышал о вашем кафе, – сказал Трэвис.

Джинни даже головы не повернула в его сторону.

– Да?

– Один мой приятель посоветовал мне обязательно сюда зайти, если я окажусь в этих краях.

Джинни ничего не ответила.

Мимо проехал седан с переполненным багажником.

– Он сказал, что оставил кое-какие мои вещи, – продолжал Трэвис. – И заверил, что люди здесь поймут, о чем я говорю.