— Я легко отделалась, — беспечно ответила она. — Почти вся вода попала только на жакет. Почему бы нам не остаться?

Он передал мокрую одежду официанту, который, казалось, только для этого и торчал рядом с ними, и уселся напротив нее.

— Вы не промокли? — спросила Алекс, разворачивая сухую салфетку и пытаясь снова начать разговор.

Никакой реакции. Женщина подняла взгляд. Парень не отрываясь смотрел на ее грудь.

— Ч-что?.. А, нет. Вовсе нет, — задыхаясь, ответил он. — Через минуту они принесут наши закуски. — Он говорил, обращаясь к ее груди.

Алекс неловко заерзала, скрестив руки перед собой. Это не помогло. Бедняга исходил слюной.

Она опустила руки и попыталась подтянуть лиф платья вверх, стягивая его вниз на спине. Ее визави тяжело вздохнул. Будь ее воля, с этим свиданием было бы уже покончено.

Ужин продолжался, несмотря на то что разговор продвигался кое-как. Вдруг возникло множество тем: грудка цыпленка, двубортные костюмы, грудь колесом в строю. Собеседник думал только в этом направлении.

«Я бы пожалела его, если бы мне не было так жаль себя, — подумала Алекс. — Если бы я действительно была спокойна насчет моего тела, я бы даже смогла посмеяться над этим».

Но это было не так, и она не могла смеяться. Ей было слишком неловко, стыдно и тревожно, чтобы назвать это приятным вечером.

Когда она вернулась, дом сиял всеми огнями. Уже с дорожки было слышно, что перепалка между Дарси и Шеннон в самом разгаре. Дверь ей открыл Роб, с него текла вода. Похоже, тут тоже не заладилось. Нельзя приглашать своего кавалера в такой дом.

— Мы поймали рыбу, — объявил Роб.

— Вы что, ныряли за ней?

Его улыбка стала еще шире.

— Нет, это было бы слишком просто.

Алекс прошла мимо него в дом. Она вдруг безумно обрадовалась возвращению.

— Как свидание? — Роб небрежно прислонился к дверному косяку, но в его голосе звучало нетерпение. Неужели он беспокоился о ней? Ее озадачила такая мысль. А ведь неплохо заставить его поволноваться.

— Парень был очень даже ничего, пока я не сняла жакет.

Роб резко встрепенулся и окинул ее взглядом с головы до ног, не заметив ничего необычного.

— Вы сняли жакет на свидании?

Алекс кивнула.

— Официант устроил ему обряд крещения. — Она протянула ему свой пиджак в пластиковом пакете, который ей дали в ресторане. Вероятно, их рыба была суше.

— Он приставал к вам? — В голосе Роба звучала злость. Мускулы на его плечах напряглись, натягивая рубашку. Это каким-то образом смягчило горечь, и она уже была не против поговорить о прошедшем вечере.

— Нет, — призналась она. — Он даже не прикоснулся ко мне, но при этом не мог оторвать взгляда от моей груди, как ни пытался. И мне было стыдно за нас обоих.

Она выглядела подавленной и униженной, и Роб нежно обнял ее за плечи.

— Я думаю, вы выглядите отлично, — сказал он, заглядывая ей в глаза. — Даже великолепно.

В ее глазах все еще было беспокойство.

— Но тяжеловата в верхней части.

— Нет. Вы очень… привлекательны.

Привлекательна? Привлекательна — слишком слабо сказано. У нее такое тело, которое могло бы остановить движение на оживленной улице. Он вдруг понял, что за ситуация сложилась там.

— Этот парень, вероятно, просто не ожидал такого. Поэтому он и не смог справиться с собой.

Краска стала заливать ее щеки.

— Вы ведь не сказали бы этого, чтобы лишь утешить меня?

Роб покачал головой:

— Ни за что.

Она закрыла глаза, и он почувствовал, как ее плечи вздрогнули, когда она сделала глубокий вдох. Он надеялся, что она не делала глубоких вдохов перед своим кавалером. Только не в этом платье. У парня мог бы случиться сердечный приступ.

А потом она, опустив голову, прислонилась к его груди. Что-то перевернулось у него внутри, но она отступила, выпрямилась и посмотрела на него.

— Спасибо, Роб.

Алекс взбежала вверх по лестнице и спустилась, одетая в свою обычную мешковатую одежду. Почему, подумал он, она тщательно скрывает тело, за которое любая женщина отдала бы полжизни?

В кухне она казалась неприступной.

— Кто из вас, — обратилась она к девочкам, — хочет одолжить Робу одну из своих больших футболок, чтобы он не ходил мокрым?

Двойняшки исчезли, их топот вдруг донесся с верхнего этажа.

— Отличная уловка — заставлять их вот так исчезать. — Роб не хотел, чтобы она отдалялась. Хотелось снова ощутить ту близость, промелькнувшую между ними.