Зачем я сунулся к бандитам?

Да просто хочу предупредить их, чтобы не совались в нашу разборку с Гато.

Конечно, они бы не были проблемой для нашей команды, но вот устраивать резню на мосту не хотелось бы.

Я конечно конченая сволочь, но просто так убивать, ради удовольствия - я не псих. А если они сунутся в компании с Гато, они покойники. Мне только спасибо скажут за трупы отморозков.

Так что первая причина, именно в попытке предупредить адекватных, о будущих проблемах.

Ну, вторая, не вечно же я буду в деревне сидеть, мне и по миру охота пошататься. А для этого нужны связи, о которых я и собираюсь позаботиться.

Конечно не факт что моя помощь будет значимой, но кто знает, может бандос, которого я сегодня встретил, запомнит меня и в будущем вспомнит этот образ Кицуне. А, судя по его действиям и виду, рубака бывалый, но и мозги есть, раз вёл себя осторожно. Может он про шиноби больше знает?

Ну и третья причина, мне просто скучно.

Ну и до кучи, я хотел разузнать о количестве наёмников у Гато. Я что-то сомневаюсь что олигарх не обратил внимание на местных бандосов.

Ближе к вечеру мы с Тадзуной возвращались домой, сделав крюк и зарулили в местные торговые ряды.

Я уже осмотрел достопримечательности этого города, так что на моём лице Тадзуна так и не увидел какой-либо реакции.

В этот раз на нас позарились только пару карманников, но стоило только поймать второго за руку и погромче сказать что следующему я отрублю обе руки как нас оставили в покое.

Сложновато не поверить, если я припечатал свои слова приличной порцией духовного давления.

Шагая, я обдумывал одну мысль.

– Слышь, старик. Если ваши жители такие нищие, чего они не пойдут работать к тебе? Ведь ты платишь?

Тадзуна тяжело вздохнул.

– Я несколько раз объявлял о наборе работников, но люди слишком боятся Гато.

– Они предпочитают сдохнуть с голоду или лишиться головы за воровство? Не понимаю. Неужели нет ни одного человека, кроме тебя, кто способен противопоставить свою волю этой зажравшейся свинье.

– Был один человек.

Тадзуна посмурнел.

– И?

– Гато показательно его казнил, прямо на площади города.

Я посмотрел на старика вопросительно и он правильно понял невысказанный вопрос.

– Его считали героем города. Однажды, во время наводнения, он бросился в бушующую реку, чтобы привязать трос к створке спускового механизма дамбы. В итоге он чуть не утонул, но мы смогли спасти часть города от затопления. Потом он открыто призывал людей изгнать Гато с нашей земли, в итоге ему сломали руки и ноги, а потом отрубили голову на глазах у всего города. Это был приемный отец Инари.

Я невесело усмехнулся.

– А ведь вы предали единственного человека, поверившего что этот город сможет поддержать его и постоять за свою свободу. Сколько у Гато тогда было людей? Десяток, сотня?

– С ним было трое мечников.

Я остановился.

– Всего трое?

– Да.

Я ощутил как мои кулаки сжались. Трое? Всего трое муд...ов поставили на колени весь город. У меня нет слов.

Видя виноватый взгляд Тадзуны, я только зло сплюнул ему под ноги.

– Честно, я бы весь ваш городок под нож пустил. Трусам не стоит позорить эту страну. Всего трое, подумать только. И вы ещё хотите возвести мост, чтобы стать торговой страной. Да вас любой отряд возьмёт на мечи и будет прав. Быдло надо доить, если оно не сопротивляется. Закон сильнейшего.

Дальнейший путь прошёл в молчании. Я потерял всякое желание говорить об этом. Да и что я могу сказать? Эти люди стали олицетворением всего, что я ненавижу. Предательство, трусость, перечислять можно долго.

Вернувшись, я застал интересную картину.

Сакура и Учиха выглядели как загнанные лошади. Только пены изо рта не хватало. Они расплылись по столу как амёбы и ожили, как только перед ними появилась еда.

Мы с Тадзуной тоже присоединились.

За столом собралась вся семья, включая и Инари. И наша команда, включая Какаши. Кстати, он во время еды снял маску. Обычное лицо, хотя Цунами, украдкой, посматривала на него с интересом. Ну да, это для меня обычное, а по местным меркам вполне симпатичный.