«За вами не следили?» – спросил Эйден.

С замиранием сердца Кейтлин впервые подумала о подобной возможности. Она оглянулась. Калеб последовал её примеру. Оба отрицательно покачали головами.

«Пойдёмте, – сказал Эйден, – я не хочу, чтобы наш разговор кто-то подслушал».

Профессор нервно огляделся, а потом открыл дверь, и они последовали за ним вверх по лестнице, а потом по коридору, который привёл всех в его кабинет.

Зайдя в крошечный офис, Кейтлин и Калеб сели рядом на два небольших стула от студенческих парт, а Эйден плотно закрыл дверь и сел напротив. Облокотившись о стол, он сложил на него руки, уперев подбородок в ладони. Один глаз его нервно дёргался.

Кейтлин заметила, как сильно повлияло на него всё происходящее. Она знала, что он был хорошим человеком и никогда не хотел навредить Скарлет.

«Мне жаль, что дошло до этого, – сказал Эйден. – Я уверен, что ты понимаешь, что я хотел для вас только всего самого хорошего. Тогда я сказал то, что сказал, потому что не хотел, чтобы пострадало человечество. Это злосчастное стечение обстоятельств. Самое нежелательное из всех».

Кейтлин нервно ёрзала на стуле. Не успела она сказать и слова, как Калеб подался вперёд и взволнованно произнёс: «Вы знаете, где наша дочь?»

Эйден тоже наклонился вперёд, вздохнул и покачал головой.

«Боюсь, что нет, – сказал он, – но я всё равно могу вам помочь. Возможно, я могу помочь вам найти причину её поведения и предположить, что вы можете ожидать в дальнейшем».

«Что вы имеете в виду под «в дальнейшем»?» – не унимался Калеб.

Эйден откинулся на спинку кресла, которое тут же заскрипело.

«Вампиры существуют уже сотни лет, – начал объяснять он. – Ваша дочь была последней из рода. Теперь же после её охоты, я боюсь, что эту эпидемию уже не сдержать. Мы не знаем, скольких она уже заразила, и скольких уже укусили её жертвы. Сдержать волну теперь не удастся. Сейчас мы должны найти лекарство».

«Лекарство? – неуверенно переспросила Кейтлин. – А оно существует?»

Эйден закрыл глаза. Было видно, что этот разговор доставляет ему душевную боль.

«Этот вопрос тысячи лет мучает учёных, историков, жертв, поражённых, церковь и даже охотников на ведьм. Существует ли спасение от вампиризма? Хочется верить, что да. Ваша дочь была последним вампиром на земле. Но вы должны понять, что проблема заключается в том, что лекарство – если оно существует – хранится в строжайшем секрете. Никто не знает, кто хранит этот секрет, где хранится снадобье и почему. Как вы понимаете, эти знания не относятся к общеизвестным, но я хочу вам сказать, что учёные, историки и другие ищут его уже несколько веков. За это время было несколько многообещающих зацепок и даже слухов об его обнаружении, но никто не смог предоставить неопровержимых доказательств. Мы во многом похожи на рыцарей, ищущих Священный Грааль и потерянный Ковчег Завета. Существует масса теорий, и сложно выбрать одну, достойную веры. Сам я никогда не видел весомых доказательств».

«Вы можете мне сказать, если ли у нас надежда?» – в отчаянии спросила Кейтлин.

Эйден внимательно посмотрел на неё умными глазами.

«Если хотите знать моё мнение, – осторожно произнёс он, – я бы сказал, что да, существует. Но многие со мной не согласятся».

«Это отличная новость», – сказала Кейтлин.

«Не обязательно, – продолжил Эйден. – Я верю в Священный Грааль, но это не значит, что я верю в то, что я или кто-нибудь другой сможет его найти. Нужно исследовать множество научных трудов, созданных в течение веков, исключить ложные зацепки. Я не думаю, что кто-нибудь когда-либо занимался этим всерьёз. Мне кажется, на эти поиски и одной жизни мало».

«У меня получится, – уверенно ответила Кейтлин. – Просто подскажите мне, где искать. Вы меня знаете: я могу просматривать тысячи книг за день, если придётся. На кону жизнь моей дочери. Вы сами сказали…»

Эйден поднял руку.

«Я не встречал никого умнее тебя, Кейтлин, – сказал он, – но даже твоя невероятная скорость восприятия не справится с этой миссией. Ты должна понять, что искать тебе придётся две разные вещи: и лекарство от вампиризма для Скарлет, и оружие против вампиров для людей, которых она обратила. Тебе понадобится и то, и другое. Согласно легендам, «излечению» поддаются только чистые и невинные вампиры, как твоя дочь. Тёмных вампиров необходимо уничтожить.

Именно поэтому я считаю, что ваша дочь была последним вампиром. Я полагаю, что остальные были уничтожены. Последний чистый душой вампир не мог быть убит, как все остальные. Я считаю, что было найдено оружие для убийства вампира, но не средство его излечения».

Эйден вздохнул и отклонился назад.

«Как бы там ни было, сейчас это всё неважно, – добавил он. – И оружие, и лекарство давно потеряны, и никто не знает, где их искать».

Кейтлин сконцентрировалась на новой возможности и была полна решимости. Она не хотела ничего больше слушать.

«Вы упоминали зацепки, – сказала она. – Вы можете ими поделиться?»

Эйден оглядел её и покачал головой.

«В этом вся ты, – сказал он, – стоит тебе вбить что-то себе в голову, как тебя уже не переубедить. Шансы, что ты быстро найдёшь среди них нужную…»

«Эйден, прошу вас, – настаивала Кейтлин. – Я должна попытаться. Речь идёт о моей дочери. Я должна вернуть её. Я готова на всё, даже на самое невероятное».

Эйден долго размышлял, сидя в полной тишине. Наконец он кивнул.