– Она видела его, - решила Пчелка, с большим удовлетворением. Она кивнула сама себе.
– Он пришел наконец забрать ее. Это хороший конец ее истории. Можно я сохраню ее книгу по травам здесь?

Я задумался о том, придет ли в один прекрасный день за мной Молли. Легкая надежда затрепетала во мне. А потом я снова вернулся с небес на землю, к себе, в эту маленькую комнатку и к моей дочери, сидящей за сложенным столом.

– Если хочешь, можешь хранить здесь свои книги. Ты можешь приносить сюда все, что только захочешь. Даже свечи и трутницу, но только если пообещаешь мне проявлять аккуратность. Но помни, что эта комната и вход в нее - это секрет, и им нельзя делиться ни с кем. Только мы с тобой одни знаем его. И очень важно, чтобы он оставался в тайне.

Она хмуро кивнула.

– Ты можешь показать мне куда ведёт другой проход, тот, который мы прошли мимо, и как открывать другие двери?

– Может, завтра. А сейчас нам нужно все тщательно закрыть и поехать встретиться с человеком, который ухаживает за нашими овцами.

– Лин, - напомнила она мне его имя.
– Пастух Лин ухаживает за овцами.

– Да, Лин. Нам нужно поговорить с ним.
– вдруг меня посетила мысль - У него есть сын, Бодж, у которого есть жена и маленькая дочь. Возможно, тебе было юы интересно познакомиться с ними?

– Нет. Спасибо.

Ее четкий ответ убил эту надежду. Я знал, что в этой истории есть нечто большее. Я молча ждал подробностей, когда она взяла наш лампу и повела нас узкой лестницей вниз. Она остановилась, надеясь, на встречу с кем-нибудь, подняв лампу посмотрела в темноту, затем с коротким вздохом привела нас обратно вниз, в мой кабинет. Я держал лампу, пока она закрывала панель и закрепляла ее. Тогда я задул лампу и открыл тяжелые шторы, чтобы впустить в серый свет. Шел дождь. Я моргнул, мои глаза привыкли и стало понятно, что, в эту ночь был мороз. Листья начали меняться, края и прожилки листьев березы стали золотыми. Зима приближалась. Я все еще молчал.

– Я не нравлюсь другим детям. Я вызываю у них чувство дискомфорта. Они думают, что я маленькое дитя, одевающаяся как девочка, а затем, когда я срезаю ножом кожуру с яблока, они думают... Я понятия не имею, что они думают. Но когда я вхожу в кухню, сыновья Тавии выходят из нее. Они каждый день приходили с ней на работу. А теперь больше нет, - она посмотрела мимо меня.
– Элм и Леа, кухонные девочки, ненавидят меня.

– Ох, Пчелка, они вовсе не ненавидят тебя! Они почти тебя не знают. А сыновья Тавии в том возрасте, когда они следуют за своим отцом, изучая его каждодневную работу. Это не из-за тебя, Пчелка, - я посмотрел на свою маленькую дочку с улыбкой исполненной симпатией. Она посмотрела на меня, и в то мгновение, когда наши взгляды пересеклись, гнев синем пламенем вспыхнул в ее глазах.

Она уставилась в пол, ее тело напряглось.

– Возможно, я сегодня останусь внутри из-за дождя, - сказала она ледяным голоском.
– Пожалуй, это лучший день, чтобы статность наедине с собой.

– Пчелка, - сказал я, но прежде чем я продолжил, во мне промелькнула вспышка ярости.

– Я ненавижу, когда ты лжешь. Ты знаешь, что другие дети будут бояться меня. И я знаю, когда они меня ненавидят. Я ничего не придумываю. Это правда. Не лги мне, заставляя меня думать, что это я та, кто плохо о них думает. Ложь-зло, неважно кто говорит ее. Мама смирилась с этим от тебя, но я не стану.- Она сложила свои руки на груди и стояла дерзко глядя на мои колени.

– Пчелка! Я твой отец. Ты не можешь говорить со мной в таком тоне!

– Если я не могу быть с тобой честной, я вообще не буду с тобой разговаривать, - за ее словами стояла вся ее сила воли. Я знал, что она была вполне способна вновь погрузиться в длительное молчание. Мысль о том, что я могу лишиться единственного общения, которое я наше после смерти Молли, хлестнула меня с такой силой, что я тут же осознал, насколько плотной стала связь, сформировавшаяся у меня с дочерью. Вторым ударом оказалось понимание того, какую опасность несла моя потребность в ее компании, которая перекрывала мой отцовский долг перед ней.

– Ты можешь быть со мной откровенной и по-прежнему уважать меня. Также как я тебя.Ты отличаешься от других, Пчелка. Это будет часто усложнять тебе жизнь. Но если ты всегда будешь отступать от своих отличий, чтобы объяснить этим все, что не нравиться в этом мире, ты просто утонешь в жалости к себе. Я не сомневаюсь, что тебе нелегко с мальчиками Тавии. Но еще я знаю, что никому из них не понравилось работать на кухне, тогда отец взял их на мельницу, чтобы выяснить, если это больше походит им. Не всегда все связано с тобой. Иногда ты просто один из факторов.

Она перевела взгляд на пол. Но не опустила руки.

– Накинь свой плащь. Мы идем вниз, чтобы увидется с Лином.
– Я отдал приказ, но это вогнало меня в тоску, так как мне придется делать это, если она будет отказыватся подчиняться. Когда Старлинг привела Неда ко мне он провел жизнь полную лишений, что он был трогательно благодарен спать внутри и получать пищу. Прошло не менее десяти лет, прежде чем мы имели какие-либо проблемы с моим авторитетом. Мысль о физической дисциплине, такой малышки, как Пчелка расстраивала меня. И все же я знал, что я должен был выиграть эту битву.