Выражался Исаев прям-таки по-эльфийски витиевато.

Я безразлично пожал плечами, а Стержнев же согласно кивнул.

— Прежде хотел бы получить списки, — уже более серьёзно сказал Жуга. — Где они?

— Уничтожены.

— Что? — не поверил Исаев, хмурясь.

— Я их уничтожил.

Пришлось рассказать, как было дело.

В глазах Исаева всё равно читалось недоверие к моим словам, однако он сказал следующее:

— Это ты… опрометчиво сделал… Очень опрометчиво. А не врешь? Ладно, ладно, не сердись… С другой стороны, пока наши враги считают, что списки у тебя, то шансов выжить…

— Главное, чтобы они Заю не тронули.

— Тут не бойся, — махнул рукой Исаев. — Это вопрос решённый. Никто твою жену не тронет.

— Надеюсь, — буркнул я. — А то некоторые ребятки из Сыскного Приказа успели продастся…

— Ты о Чаруше? Да, он меня очень… разочаровал. Но о мёртвых, как говорится…

Исаев задумался, что-то бормоча себе под нос, а потом поднял голову и сказал:

— Ладно! С бумагами всё ясно.

Жуга поднялся и сбросил на лавку свой тулуп. Видно было, что ему стало жарко.

— Конечно, в столицу тебе пока вход заказан. Избор рвёт и мечет… Ну да Нихаз с ним! Успокоится со временем. Меня вызывал к себе Айденус…

— Великий Маг?

— Он самый. Или есть иные Айденусы? Он бы желал встретиться с тобой.

— Зачем?

— Не знаю, но намекнул, что имеет на тебя виды… Ты думаешь, коли мы в Орешке разбили мятежников, то всё сразу и кончилось? Боюсь, что это только начало.

— Ничего я не боюсь. Пока я тут был, то успел навидаться непонятного.

— Ну-ка, поведай.

И я снова повторил свой рассказ о всех произошедших со мной событиях. Лицо Стержнева снова стало серым, что камень, а вот в глазах Исаева я прочитал неподдельный интерес.

— Вы знаете, что такое «Валир»? — спросил он. — Это название корабля, принадлежавшего семье Северских. В начале осени он попросту пропал вместе с капитаном Крюковым и всей командой.

— Как это «пропал»?

— Очень просто… А вот теперь, как ты сказал, что тот наёмник Щука с «Валира»… то есть…

Исаев замолчал.

— Так что там? — подал голос Стержнев.

— В любом деле всё решают деньги, — неопределенно ответил Жуга. — Даже для бунта нужно золото. Вот чем команда «Валира» тут, в Сиверии, занималась.

— А причём тут Молотовы? — снова спросил Стержнев.

— Самому интересно… Ты, говоришь, что тут ещё ко всему прочему и твои ратники внезапно заболели?.. У меня только один вывод напрашивается: скорее всего, это дело рук купцов, может и Молотовых. Сдаётся мне, что они финансировали мятежников. А когда стало ясно, что медный прииск особых денег не приносит… ты же, Бор, сам говорил, что наёмник плохо отзывался о медяках… Да положи ты свою колбасу! Махаешь перед носом!

Я чуть опешил и молча поклал её на стол.

— Ты хочешь сказать, что слухи о том, что Молотвы чеканят монету, правда? — привстал Влад.

— Боюсь, что так.

— Но Щука прямо ничего не сказал, — вставил я своё слово.

— Но намекнул же, — улыбнулся Исаев. — Жаль, что Щука подох. В который раз удостоверяюсь, что рядом с тобой, Бор, даже цветы вянут… Эх, если бы ты не уничтожил списки, то вопрос решился бы очень быстро.

— Да, видно наёмники были в отчаянии, раз напали малым числом на гоблинов, — усмехнулся Стержнев.

— Они ещё говорили о третьей группе, — вспомнил я. — Она пошла в храм.

— Какой храм? — не понял Исаев.

— Да я почём знаю…

— Куда пошла? — Влад нахмурился. — В храм? На севере, почти в тундре, там, где заложили астральный порт…

— На мысе Доброй Надежды? — уточнил Исаев. — И что там?

— Мен-Хаттон. Ермолай Сотников всё думал когда-нибудь добраться до него и…

— Некрополь?.. Проклятый Храм… О, Святой Тенсес!

— Мен-Хаттон, — продолжал Стержнев, — это древнее кладбище народа Зэм. Мой старый знакомый Гордей, по прозвищу Витязь, командует на мысе отрядом Защитников Лиги. Вот он как-то мне говорил, что среди разведчиков ходят слухи о сокровищах, спрятанных в глубинах Некрополя. Но никто не решается туда ходить. Истории разные бают… Про оживших мертвецов, ну и в том же духе.

— Не хватало нам на голову ещё и культистов Тэпа! — буркнул Исаев. — Если и они причастны к мятежу…

Жуга не закончил, уставившись в пол. В комнате повисло молчание. Все обдумывали информацию, сопоставляли факты.

— У меня сейчас другое в голове не укладывается, — сказал Стержнев. — Откуда в поселении гоблинов взялся шлем Ермолая?

— Да уж, загадка, — кивнул головой Исаев, глядя на старый шлем. — Это точно его?

— Точно. Мне ли не знать!

— Не хочу никого обижать, но Ермолай порою сам нарывался, — Жуга встал и прошёлся взад-вперёд. — Конечно, сам шлем ещё ничего не доказывает… Возможно, он его просто потерял.