Нет, не всё. Толстый фитоэнерговод похож на корень и на кабель одновременно: собранная энергия с шельфера течёт солнечной рекой — невидимой и неощутимой… людьми. Но не демонами. Там, где взрыв вырвал перебитый канал из песка, из лужи ошмётков, из фрагментов и крови буквально стекается, как терминатор из своей «ртути», демоническая тварь. Граната за гранатой гвардейцы Арка — видно, выжившие из оставленных мной в резерве трёх десятков — высаживают магазины болтеров, залп за залпом разрывая существо-вещество в фарш. Разлетаются брызги теперь уже точно светящейся крови (или что там у него внутри?). И цикл повторяется. Мне приходится обнять повреждённый корень-кабель, чтобы дотянуться до шельфера и отключить контроллеры сбора энергии. Солдаты в деревянной броне продолжают стрелять уже в застывшую мёртвую слизь, пока не кончаются заряды…

Акватория порта покрыта деревянными обломками — такое впечатление, что их больше, чем воды. И из хаоса у покорёженного пирса возвышается чёрный силуэт «Победителя». Без мачт. Со сбитыми трубами. Но ещё живой. На моих глазах носовая башня как-то рывками доворачивается — и по телу пробегает невидимая волна, уши всё ещё не слышат. Снаряд улетает куда-то в глубь острова: там, как птицы, взлетают и садятся крылатые туши. Даже думать не хочу…

Узнаю принцессу Марину только по росту и обрывкам белого когда-то платья. Думаю, это чистая случайность — они выходят к берегу бухты там же, где и мы, — контуженный ребёнок и несколько шатающихся матросов-автоматчиков. Секундная сцена: мы смотрим друг на друга: советников и лидера Арка Мара явно узнала… скорее всего, по сопровождению в характерной броне. Мыслей нет, мы и они просто смотрим… А потом с неба падает тень, и в пять секунд разрывает на части всех. Автоматные очереди в упор не помогают. Хорошо, было чем перезарядить болтеры. Когда я подхожу, принцесса ещё жива: без правой руки, без ноги, с распоротым животом — и это удивляет меня настолько, что я рефлекторно перенаправляю на себя поток энергии со всплывшего в десятке метров от берега трима, — да, наши корабли умеют нырять… некоторые. Всего на тридцать метров, в отличие от настоящих подлодок, но это спасает даже не столько от врагов, сколько от непогоды в открытом море: не удалось убежать от шторма — можно переждать его под волнами. Симбионт пережимает основные сосуды принцессы и впрыскивает противошоковое — сейчас наши тела буквально связаны. Приходится поднять девочку на руки. Трим, не поднимая заваленных мачт, «выехал» на водомётах почти на берег и открыл-вырастил люк. Со стороны ближайшего шельфера выросла из воды тридцатиметровая вышка с «тарелкой» фокусирующей антенны. Вот почему демон появился — почувствовал ток энергии через воздух! Надо убираться…

Не сразу понимаю, что фонтанчики воды рядом — это попадания крупнокалиберных пуль. На борту стоящего в километре «Победителя» пляшет в одном из пулемётных гнезд огненная бабочка… И я целую секунду тупо смотрю на неё, прежде чем над палубой судна распухает беззвучный для меня разрыв. Пламени в этот раз нет — у ракеты газовая боеголовка. Фосфорорганика. Разворачиваюсь и поднимаюсь по опущенной из проёма в борту аппарели — дерево в зарастающих дырах от пуль. И как в меня не попали? Эмоций уже нет. Просто опускаюсь на пол в трюме — через внешние сенсоры вижу, как вокруг мачты-антенны над шельфером вьются, как мошки-переростки, три крылатые твари. Море внизу вскипает пузырями, и через секунду над водой вспыхивает пламя до небес: операторы с подводной лодки стравили весь биогаз из каверн фитоконструкта. Спалили вместе с энергопередатчиком, но мы успели сползти на глубину и поднять мачты. Отключаюсь, так и не выпустив детское тело из рук…

Открываю глаза и вижу сидящую рядом с постелью Эль… или уже не Эль? Волосы заплетены в сложную косу — я такой прически в жизни не видел. Одежда перекроена — эльфийка вырастила себе юбку и блузу и даже расцветила орнаментом, сложным и тонким. Другое выражение лица, другая осанка… выразительное лицо — и серьёзные глаза. Привычные глаза моей помощницы и подопечной.

— Твари все сдохли, — говорит она прежде, чем я успеваю задать вопрос. — Солнце зашло — и они все умерли. Некоторые прожили чуть дольше — пытались жрать растения, но остатков энергии им не хватило, только агонию растянули. Идеальное оружие.

— Оружие?

— В мире, откуда эльфы родом, долго пытались взять под контроль магию пространства, уж больно сильно она отличается от других разделов магического искусства. Интуитивное искусство и одновременно персональный талант… не важно пока. Важно — кто-то однажды открыл к демонам «дверь». Всего на мгновение, как сегодня, но в старом мире, как я читала, магия пронизывала всё, а не шла узким… спектром от светила. Демоны не любят воды — крылатые могут летать над ней, но предпочитают не удалятся от берега за пределы прямой видимости. Потому их было вчера так мало — видно, с той стороны была вода… Мана привлекает их, как запах, вот они и собрались в точки пробоя… Приманка. А потом — перенос. Так мы там потеряли один из материков: многие тысячи лет там не было животных крупнее крысы. Знание о… координатах считалось утраченным: никто не хотел повторения. Никто не хотел конца света…

— Зато в мире с источником магии в небе пространственный портал туда превращается в аналог атомной бомбы, — медленно проговорил напрашивающийся вывод я. — Даже лучше: никакой радиации, никакого многолетнего заражения почвы. Дождаться ночи — и всё. Стратегическое оружие. Вопрос в другом: кто его по нам применил?

— Я… бывшая я когда-то жила в Восточном Лесу, что у северных отрогов Хребта Песков. — Эльфийка говорила, будто удивляясь собственным знаниям. — И Восточный Лес сделал ставку на магов-людей. Через них он хотел контролировать материк Азур и империю… Эльфы Западного Леса, с острова Флогос при тебе поставили руками империи точку в этом противостоянии: пространством никто из них не занимался. Северный Лес всё время противостоял и Восточным, и Западным эльфам. Но тут, скорее, была попытка ослабить обоих противников — за королевством Наррона Северные чувствовали себя как за каменной стеной.

Остаётся только Южный Лес. Когда меня… когда я прошлая ещё была… жителем Востока, другие считали, что Южные спрятались за Хребтом Кита. Их не считали противником — своих краснокожих защитников-людей они практически не использовали, только в обороне против разведчиков…

— Южные острова. — Вот теперь мне было совсем всё понятно. — И сделали южнолесовцы ставку на оружие массового поражения. И победили. На Руме они подорвали не нас — так, сопряжённая цель, проверить силу воздействия. Целью был «Победитель»! Проверяли своё оружие, как американцы на Хиросиме… А я-то думал, почему империя с таким упорством строит десантные крейсеры?..

— И что будем делать? — Эльфийка встала со своего стула и непринуждённо пересела ко мне на постель.

— Ты меня спрашиваешь? — Такая постановка вопроса удивила меня куда сильнее, чем все предыдущие сведения, вываленные с утра пораньше на мою голову.

— Ну а кого же ещё? — точно так же удивилась девушка. — Ты спас и вылечил меня, ты создал Арк и все наши «технологии». И можешь не ссылаться на Стерха и Плуга — в основе всегда лежали твои идеи.

— А ты?

— Если хочешь узнать о мудрости меня прошлой, то тут, думаю, ничего утешительного — сам помнишь, где ты меня нашёл… и в каком состоянии: свои же превратили меня в безвольный инструмент. Хотя какие они мне тогда «свои»? С другой стороны, начинаю понимать особенности менталитета своей расы: южники как-то заставили одного из своих стать «живой бомбой» — открыть проход к демонам, это значит стать первой едой для прорвавшихся…