– Ты очень похудела с тех пор, как я последний раз тебя видел.

– Жизнь тяжелая, – вздохнула она и посмотрела в окно. – Можно поехать к железнодорожным путям, – сказала она, махнув в сторону боковой улицы, но водитель не свернул. Тогда она обернулась к нему и спросила: – У тебя, может быть, есть куда поехать?

– Райское место, – пообещал он. – Мы отправимся прямо в рай.

Не успела она и слова сказать, как он воткнул ей в бедро иголку и ввел полный шприц морфина. Он мгновенно подействовал, и девушка расслабленно упала на спинку кресла. Водитель убрал шприц в углубление между сиденьями и, не снимая перчатки, провел рукой по голове своей спутницы:

– Сладких снов!..

Очнувшись от забытья, девушка постепенно приходила в себя. Она невольно сощурилась от резкого света ламп. Попробовала подняться, но встать не давали ремни, которыми она была привязана к топчану. Топчан стоял у стены, приподнятый под углом сорок пять градусов, и она могла видеть низкое подвальное помещение, в котором проснулась раздетая. Вдоль стен тянулись ряды узких стеллажей. На полках были расставлены стеклянные бутылки с какими-то жидкостями, рядом с ними находились картонные коробки, из которых торчали резиновые трубки и колбы. Внимание девушки привлекли стеклянные банки на верхней полке. В одной из них была заспиртованная лягушка. Рядом стояла банка с ужом. Постепенно до ее сознания дошло, что во всех банках на верхней полке содержались заспиртованные земноводные и пресмыкающиеся. Она подалась вперед, чтобы лучше видеть, и обнаружила на нижних полках расставленные в ряд звериные чучела. Там были фазаны, вороны, белки, лисицы, один щенок и гротескного вида зверь, в котором соединились части совы и зайца.

В дальнем конце подвала спиной к ней стоял у рабочего стола мужчина в белом халате. Тонкой стеклянной пипеткой он набирал жидкости из расставленных перед ним бутылок и смешивал их в колбе. Ловким движением он повертел в руке колбу, перемешивая ее содержимое.

Девушка попыталась высвободиться, но ремни ее крепко держали.

– Что ты, черт побери, затеял?

Мужчина обернулся на ее голос, и она онемела от неожиданности. На лице у него были защитные очки с цветными стеклами и большой резиновый респиратор, закрывающий рот и нос. Держа колбу перед собой на вытянутой руке, он двинулся к ней по центральному проходу.

Девушка отчаянно забилась, стараясь сбросить ремни. Неприятное ощущение внизу живота заставило ее перевести туда взгляд, и она увидела глубоко вонзившуюся ей в пах большую иглу. От иглы тянулась резиновая трубка, соединенная с небольшим аппаратом, установленным рядом с ней на столике-каталке.

– Помогите! – закричала она.

Но ей никто не ответил.

Мужчина положил ей руку на плечо.

– Веди себя спокойно, – услышала она глухой голос из-под маски. – Ты делаешь себе только хуже.

– Выпусти меня, пожалуйста! – взмолилась она, подняв на него испуганный взгляд. – Я никому про тебя ничего не скажу.

– Ну все-все, – сказал он, ласково погладив ее по голове, затем отвернулся и согнулся над каталкой. Снизу к аппарату были присоединены три резиновые трубки, тянувшиеся к стеклянным сосудам, наполненным прозрачной жидкостью. Он осторожно перелил раствор из колбы в последний сосуд, и жидкость в нем из прозрачной сделалась желтоватой.

– Отпусти меня, ну пожалуйста! – зарыдала девушка.

Мужчина погрозил пальцем и шикнул на нее:

– Будь любезна, помолчи сейчас. – Он внимательно посмотрел на аппарат. – Иначе ты помешаешь процессу. – Он набрал на клавиатуре несколько цифр, и аппарат ритмически зажужжал, в нем заработал насос, который начал качать из сосудов жидкость.

– Пусти меня, пусти! – закричала девушка. – Пусти меня, чертов психопат!

– Ты ведешь себя неприлично, – спокойно ответил хозяин подвала.

Девушка продолжала кричать, обзывая его скверными словами, и, когда ему это наконец надоело, он нажал на клавиатуре зеленую кнопку. В тот же миг по резиновой трубке к игле, торчащей у нее в паху, побежала жидкость. Действие ее было мгновенным. Девушка застонала и перестала кричать. Ее глаза помутнели, и она облизнулась, словно после сладкого угощения.

– Что… Что это ты в меня вводишь?

– Раствор морфина, сто пятьдесят миллиграмм.

– Не обижай меня, пожалуйста, – сказала она вяло. – Я ублажу тебя, как еще никто не ублажал.

Мужчина кивнул:

– Вот и хорошо, что ты наконец стала сотрудничать, так-то гораздо лучше. Я уверен, это способствует процессу.

– Процессу! – хихикнула она.

Он набрал новую комбинацию цифр и нажал следующую зеленую кнопку.

– Очень сожалею, но сейчас, вероятно, будут не самые приятные ощущения.

– Я ко всякому привычная, – ответила девушка, взглянув на него сонными глазами. – Что ты теперь мне вводишь?

– Раствор из формалина, соляной кислоты и цинка…

– Чего-чего?

Раствор побежал по резиновой трубке. Когда он попал в кровь девушки, ее тело задергалось в резких судорогах, и она закричала от боли. Она начала вырываться, и толстые кожаные ремни глубоко врезались ей в тело. На губах у нее выступила пена, глаза налились кровью.

– Потерпи. Это естественная часть процесса, – сказал он, наблюдая за ее лицом. – Скоро все будет позади…