Очутившись в своей комнате, Маша сняла туфли на шпильках и надела другие, без каблуков, затем схватила пальто и оставленную на кровати сумку «Найк» и снова выскочила в коридор. Снизу доносился беспорядочный шум, звон бьющегося стекла, грохот переворачиваемой мебели. Она слышала голоса полицейских, приказывавших всем лечь на пол. Вслед за другими девушками Маша добежала по коридору до двери, ведущей на чердак.

– Go, go, go! [28] – только слышалось позади, пока они на ощупь пробирались к выходу в кромешной темноте.

Иза, бежавшая впереди Маши, споткнулась. Маша подхватила ее под руку и уберегла от падения.

– Спасибо, – испуганно пролепетала Иза.

В следующий миг они уже оказались на другом конце чердака, где был выход на черную лестницу соседнего дома. Когда они мчались вниз по узкой лестнице, из одной квартиры высунулся седой старичок в покрытой пятнами нижней рубашке. Он выпучил глаза при виде стольких женщин и поскорее скрылся за дверью. Оставались какие-то секунды до того, как он позвонит в полицию.

Маша вместе с другими девушками выбежала в неосвещенный двор. Ночной воздух пахнул на них холодом. С улицы доносились сирены подъезжающих полицейских машин.

– Go, go, go! – снова раздалось сзади. Всех девушек запихали в два поджидающих фургончика.

Не прошло и пяти минут, как они проехали мимо полицейских машин, заполонивших улицу перед «Кей-клубом». Все девушки лежали на полу в грузовом отделении. Ночную тьму прорезали вспышки синих мигалок и мощные осветительные приборы новостных программ.

Славроса в наручниках вывели через главный вход, его появление было встречено сверканием фотовспышек. Полицейский дорожной службы торопливо замахал на фургончики, чтобы они поскорее проезжали, не увеличивая столпотворение, и машины спокойно уехали, увозя Машу и других девушек.

В нетопленой квартире стоял ледяной холод. Голая электрическая лампочка под потолком освещала бледным светом сбившихся в кучку, сидящих прямо на полу девушек. Из соседней квартиры слышны были громкие голоса, из нижней квартиры неслись грохочущие звуки музыкальной установки. Михаил и его подручные начали раздавать девушкам одеяла. Маша сразу завернулась в свое, хотя от него воняло кошачьей мочой.

– No noise, no light, see you tomorrow [29] , – предупредил Михаил и выключил лампочку. Вскоре он вместе со своим помощником ушел, оставив девушек одних.

Устремив взгляд в темную пустоту, Маша прислушивалась к удаляющимся по лестнице шагам. Немного согревшись, она встала и включила лампочку. Некоторые девушки начали бранить ее и напоминать, что не велено зажигать свет.

– Заткнитесь, – сказала Иза.

Маша подошла к окну и, закурив сигарету, посмотрела на улицу. Квартира находилась на шестом этаже, и из окна открывалась широкая панорама Ринкебю [30] с многоквартирными жилыми домами, похожими на освещенные изнутри силосные башни.

– Лучше всего всем встать и уйти, – услышала она за спиной голос Лулу.

– Куда? – спросила Иза. – Славрос никого не отпустит, пока не выплачен долг.

– Может быть, ему придется нас отпустить, – сказала Маша.

– Почему ты так думаешь?

– Поживем – увидим.

Маша загасила сигарету о подоконник и снова села на пол. Затем она закрыла глаза и попыталась отключиться, как делала обычно, принимая быков. Частично ей это удалось, и она задремала.

Наутро вернулся Михаил с двумя помощниками. Казалось, за одну ночь он постарел лет на десять. Он резко хлопнул в ладоши, в большой пустой комнате звук гулко отдавался от стен. Девушки тут же проснулись.

– Мы попали в трудную ситуацию, – произнес он с сильным русским акцентом, обведя взглядом девушек. – Полиция закрыла «Кей-клуб» и арестовала Славроса. Ему предъявили дурацкие обвинения. Дело действительно обстоит погано. – Он поднес руку ко рту и начал кусать костяшки пальцев. – Сейчас вся полиция вас разыскивает.

Девушки начали испуганно переглядываться и делиться друг с дружкой своими опасениями.

– Слушайте сюда! – Он снова окинул их взглядом. – Ни одна из вас на Славроса не работала. Если вас спросят – все равно кто, – вы его вообще не знаете. Вы никогда его не видели. Вы просто туристки. Понятно? Вы ехали домой, а тут оказались проездом.

Иза приблизила лицо к Маше и сказала приглушенным голосом:

– Похоже, ты была права, нас скоро отпустят…

Маша незаметно улыбнулась.

– Я лично с вами разделаюсь, если кто-нибудь проболтается. Рожу разобью той, кто вздумает выдать Славроса. Понятно?

Послышался негромкий гомон, и девушки закивали.

– Так когда мы выйдем из этой дыры? – спросила Иза.

Михаил обернулся к ней:

– Ты о чем? Сейчас вам принесут кофе и поесть. Потом постараемся раздобыть для вас матрасы.