Крим открыл переднюю дверцу, положил на сиденье «штейр», снова захлопнул ее.

— А что с детонатором?

— Хватит морочить мне голову. Можешь достать?

Крим сделал вид, будто размышляет.

— Посмотрим. Есть у меня одна мыслишка. Но я должен знать побольше — что это ты надумал взрывать? Я ведь тут живу по соседству — по другую сторону реки.

— Ничего тебе не нужно знать. Ты только назови цену.

— Детонатор военного назначения? — спросил Крим. — Тут есть в северном Джерси одно местечко — я на него глаз положил. Военная база. Я тебе больше ничего не скажу. Пока не расколешься.

Гус посмотрел на Нору, но не ради ее одобрения, он просто нахмурился из-за того, что оказался в таком положении.

— Все очень просто, — сказал он. — Бомбочка.

Крим широко улыбнулся:

— И где ты ею разжился?

— В магазине на углу. Взял на талоны.

Крим посмотрел на Нору:

— Мощная?

— Достаточно мощная, чтобы уничтожить все в радиусе полумили. Ударная волна, погнутые стальные конструкции… ну, сам знаешь.

Криму разговор доставлял удовольствие.

— Но тебе придется ограничиться демоверсией. Продается как есть, без возврата.

— Хорошо. Нам нужен детонатор.

— Слушай, ты меня за идиота держишь? У меня нет привычки вооружать ближайших соседей действующей атомной бомбой, пока не будут сформулированы базовые правила.

— Вот как? — сказал Гус. — И что же это за правила?

— Не хочу, чтобы ты взорвал мой приз.

— Это что значит?

— Я тебе — ты мне. Для начала мне нужны гарантии, что ты взорвешь эту хрень как минимум в нескольких километрах от меня. Не в Джерси и не на Манхэттене. Точка.

— Тебя предупредят заранее.

— Так не пойдет. Потому что, думается мне, я знаю, кому ты хочешь подложить эту свинью. В этом мире только один говнюк стоит этой заварухи. А когда Владыки не станет, освободится довольно много нехилой недвижимости. Это и есть мой приз.

— Недвижимость? — переспросил Гус.

— Этот город. Когда обо всем договоримся и ты обтяпаешь свои дела, Манхэттен будет принадлежать мне. И баста, мекс.

Гус пожал Криму руку:

— А мост тебя не заинтересует?

Еще одно вращение Земли — и они снова вместе, пять человек: Фет, Нора, Гус, Хоакин и Эф; мистер Квинлан покинул их раньше, под покровом темноты. Они вышли на Гранд-Сентрал и по Сорок второй улице добрались до Пятой авеню. Дождя не было, но свирепый ветер выметал мусор, скопившийся у дверей. Обертки из ресторанов быстрого питания, пластиковые пакеты и прочие бытовые отходы летали по улице, словно духи, танцующие на кладбище.

Люди поднялись по ступеням главного входа в Нью-Йоркскую публичную библиотеку между двух каменных львов по имени Терпение и Стойкость. [24] Это сооружение в стиле боз-ар стояло теперь, словно громадный мавзолей. Они прошли через портик и двери, пересекли Астор-холл. Просторный читальный зал претерпел минимальный ущерб: мародеры в короткий период анархии после крушения не особо интересовались книгами. Одна из громадных люстр рухнула на стол, но потолок был такой высокий, что, скорее всего, это стало следствием конструктивного недостатка. Какие-то книги оставались на столах, на плиточном полу валялось несколько рюкзаков и их вывороченное содержимое. Стулья перевернуты, у пары ламп обломаны абажуры. От этой безмолвной пустоты громадного читального зала мороз подирал по коже.

Высокие сводчатые окна по обе стороны пропускали максимум доступного света. Аммиачный запах продуктов вампирской жизнедеятельности (настолько вездесущий, что Эф уже почти не замечал его) свидетельствовал о том, что все знания и искусство цивилизации могут быть беззаботно обосраны по воле бесчинствующей природы.

— Нужно спускаться? — спросил Гус. — А эти книги, что здесь?

На стеллажах по обе стороны прохода, над обнесенными перилами галереями виднелись цветные книжные корешки.

— Мы ищем старинную рукописную книгу, которую можно выдать за «Люмен», — сказал Фет. — Не забывай, он должен на это купиться. Я тут тысячу раз бывал. Крысы и мыши любят гниющую бумагу. Древние тексты в нижнем хранилище.

Они направились к лестнице, включили фонарики, подготовили приборы ночного видения. Головное отделение было возведено на месте Кротонского водораспределителя, искусственного озера, из которого подавалась питьевая вода на Манхэттен. Водораспределитель к началу двадцатого века исчерпал себя и был закрыт. Библиотека располагала семью полноценными этажами ниже уровня улицы, а недавняя пристройка под соседним Брайант-парком у задней, западной, части библиотеки добавила к уже существующим еще несколько километров книжных шкафов.