Фет вел группу, уходя все глубже в темноту. На площадке третьего этажа их ожидал мистер Квинлан. Фонарик Гуса на мгновение высветил чуть ли не флуоресцентно-белое лицо Рожденного, его рубиновые глаза. Они обменялись несколькими словами.

Мексиканец вытащил меч.

— На стеллажах несколько кровососов, — предупредил он. — Придется зачистить помещение.

— Заметив Эфа, они передадут информацию Владыке, и мы окажемся в ловушке под землей, — сказала Нора.

Беззвучный голос мистера Квинлана проник в их головы.

Мы с доктором Гудвезером будем ждать внутри. Я заблокирую все телепатические передачи.

— Отлично, — сказала Нора, готовя свою лампу.

Гус с мечом в руке уже спускался на следующий этаж, Хоакин, прихрамывая, шел следом:

— Ну, сейчас повеселимся.

Нора и Фет двинулись дальше рука об руку, а мистер Квинлан прошел в ближайшую дверь, ведущую на третий подземный этаж. Эф неохотно последовал за ним. Внутри были широкие шкафы для хранения старой периодики и установленные один на другой контейнеры со старомодными звукозаписями. Мистер Квинлан открыл дверь в кабинку для прослушивания, и Эф был вынужден войти за ним внутрь.

Мистер Квинлан закрыл звуконепроницаемую дверь. Эф снял прибор ночного видения, оперся о ближайший стол и замер вместе с Рожденным в тишине и темноте. Эф опасался, что Рожденный прочтет его мысли, а потому включил белый шум, активно представляя, а потом и называя предметы, которые могли их окружать.

Эф не хотел, чтобы охотник обнаружил обман. Он шел по очень тонкому льду, играя в одну и ту же игру с обеими сторонами. Каждую из них он убеждал, что работает на уничтожение другой. В конечном счете он оставался верен только одному человеку — Заку. Он в равной мере страдал и от мысли о том, что придется предать друзей, и о том, что придется всю оставшуюся жизнь прожить в этом ужасе.

У меня когда-то была семья.

Голос Рожденного потряс взвинченного Эфа, но он быстро взял себя в руки.

Владыка обратил всех, и мне осталось только уничтожить их. Еще одно сходство между нами.

Эф кивнул:

— Но у него были основания желать вам зла. Между вами существовала связь. А у меня с Владыкой нет общего прошлого. Нас ничто не связывает. Я чисто случайно — из-за моей профессии — оказался на его пути.

Причина есть. Просто мы ее пока не знаем.

Эф часами обдумывал эту самую мысль.

— Я боюсь, это как-то может быть связано с моим сыном.

Рожденный помолчал несколько мгновений.

Вы должны знать, что есть некоторое сходство между мною и вашим сыном. Я был обращен в чреве матери. И Владыка таким образом стал моим суррогатным отцом, вытеснив моего биологического отца. Растлив мозг вашего сына в годы его становления, вампир пытается вытеснить вас с вашего отцовского места, устранить ваше влияние на сына, в то время как формируется его личность.

— Вы хотите сказать, Владыка выработал некий общий подход.

Это должно было бы обескуражить Эфа, но он, напротив, нашел повод для оптимизма.

— Тогда есть надежда, — сказал он. — Вы стали противником Владыки. Отвергли его. А его влияние на вас было неизмеримо сильнее.

Эф отошел от стола, воодушевленный этой теорией.

— Может быть, то же самое произойдет и с Заком. Если я вовремя верну его, как Патриархи вернули вас. Может быть, еще не поздно. Он хороший мальчик — это я знаю…

Пока он биологически не обращен, шанс остается.

— Я должен вырвать Зака из жизни Владыки. Или, точнее, вырвать Владыку из жизни Зака. Неужели мы и в самом деле способны его уничтожить? Я что имею в виду — ведь это не удалось даже Богу много веков назад.

Богу это удалось. Озриэль был уничтожен. Возродилась кровь.

— Значит, мы в некотором роде должны исправить ошибку Бога.

Бог не совершает ошибок. В конечном счете все реки текут в море…

— Не совершает ошибок. Вы думаете, этот огненный знак в небесах появился не просто так? Был послан мне?

Но и мне тоже. Чтобы я смог уберечь вас от растления. Все складывается в единую картину. Прах собран. У Фета есть оружие. С неба пролился огонь. Знаки и предзнаменования — это язык Бога. Они все поднимутся и падут под напором нашего союза.

И снова пауза, чтобы Эф осмыслил услышанное. Неужели Рожденный уже проник в его мысли? Расслабил разговором мозг, чтобы увидеть его истинные намерения?