– Если все сводится к спасению жизни одной девочки и спасению мира, что мне выбрать?

– Ты уже начала спасать жизни? Я всегда знал, что так и будет, - на его губах возникает улыбка, похожая на волны океана, о которые мне хотелось бы разбиться.
– Хочешь узнать мое мнение по этому поводу?

– Ты действительно хочешь знать его мнение?
– Кролик с морковкой снова выглядывает. Льюис смеется, протягивая ему еще одну морковку, и засовывает его обратно в карман своего сюртука.

Кролик высовывает руку из кармана Льюиса.
– Она тут занимает слишком много места.

Льюис снова смеется, затем поворачивается ко мне.

– Как я уже сказал, ты, правда, хочешь знать мое мнение?

Я киваю.

– По моему мнению, никто не может спасти мир, Алиса, - отвечает он.
– Мы лишь можем спасти тех, кто нам дорог; тех, кто нам близок, если нам повезет, то мы сперва можем спасти их.

После этого, мы сможем спасти еще одного, затем еще одного. По одному в день, Алиса. По одному в день.

– Так значит, таких чудес, как спасение мира, не существует?

Льюис смеется.

– Есть два способа прожить эту жизнь, Алиса. Первый, чудес не бывает. Второй, чудеса на каждом шагу. Второй мне нравится больше.

– Мне тоже, - говорю я.

– Кстати, человек по имени Эйнштейн через много лет перефразирует эту фразу, - Льюис поднимается и убирает свой меч.
– Не говори ему, что я сказал ее раньше. Мы ведь не хотим поколебать его уверенность.

– Почему?

– Он изобретет множество безумных вещей, важных для человечества, и в начале никто не будет ему верить, - отвечает Льюис.

– С безумцами так всегда. Никто поначалу им не верит.

Я тяну его вниз и целую в щеку. Он краснеет.

– Ты хороший человек, Льюис. Мир полюбит твое безумие после твоей смерти.

– Ты так думаешь?

– Твоя книга вдохновит миллионы, поверь мне, - говорю я и бегу обратно к Том Тауэру.

– Какая книга, Алиса?
– кричит он мне вслед.
– Погоди! Я напишу книгу? О чем?

– Если ты знаешь, что Эйнштейн будет цитировать тебя годы спустя, ты должен знать, что напишешь книгу.
– Я не оборачиваюсь, отвечаю ему пока бегу.

– Книгу?
– я слышу вопрос кролика.
– Льюис, ты напишешь книгу? Напишешь обо мне, пожалуйста?

– О чем книга, Алиса?
– я слышу последние слова Льюиса, прежде чем добираюсь до Том Тауэра.

– О Безумии, Льюис. Ты напишешь книгу о прекрасном безумии.

Четырехугольник, Крайст Чёрч, Университет Оксфорда

Я стою посреди четырехугольника Крайст Черч с маской Чешира в руке. Тут и там снуют несколько студентов, парочка профессоров и даже мамашка с маленьким ребенком, у которого в руке леденец на палочке. Думаю, по какой-то причине организовалось ночное собрание. Никто из них не обращает на меня внимание. Я здесь за тем, чтобы отдать Чеширу его маску и вернуть назад Констанцию. Чешир не теряет времени. Пара мгновений и передо мной оказывается та самая старушка, что я видела прежде.

– Я верю, что у тебя есть что-то, что у меня украли, - произносит она.

– Где Констанция?
– спрашиваю я.

– Со своими родителями. Я лично отвез ее и они даже пригласили меня на мороженное, пока я не ушел, - усмехается женщина.
– Позвони Пиллару, чтобы удостовериться.

Я звоню. Пиллар отвечает утвердительно. Я прошу его позвать Констанцию к телефону, потому что я не доверяю ему. Когда она говорит со мной, я спрашиваю ее, о чем она думала, прежде чем спрыгнуть с башни. Она отвечает, что о Мэрри Поппинс. Теперь, я уверена, что это она.

– Вот твоя дурацкая ухмылка, - я передаю ему маску.

Женщина немедленно надевает маску. На этот раз, она растворяется прямо у нее на лице, словно мыло. На мгновение, она закрывает глаза, затем открывает их с самой жуткой улыбкой на лице, какую мне только доводилось видеть. Могу сказать - это настоящая улыбка Чешира. На такое не захочется долго смотреть, в противном случае он высосет вашу душу.

– Как хорошо, - произносит женщина.
– Будь я на твоем месте, я бы начал отсчет.

– Чего?

– Конца света, дорогая Алиса, - улыбка женщины не сходит с ее лица.
– Думаешь, я уже отомстил, да?
– Она щекочет мой подбородок пальцами и уходит. Я ощущаю беспомощность. Не смотря на то, что я спасла Констанцию, я только что приобрела миру билет в Ад Первым Классом.

– Девять жизней не слишком трудно убить, - бросаю я через плечо. Она останавливается.
– Теперь, я знаю, кто я такая, и я убью тебя девять раз, если придется.

– Чем же, своим волшебным розовым зонтиком?
– Женщина оборачивается и снова приближается ко мне.
– Ты действительно хочешь увидеть отблеск роскоши моей силы?