Шрифт:
Но вот когда я зашла в комнату, отведенную Синдзи-куну - мне стало нехорошо. Рей-тян все также сидела, глядя в никуда, а на футоне* лежал на боку Синдзи-кун, и из его носа на постель тонкой струйкой сбегала кровь.
/*прим. автора: футон - традиционная японская кровать */
– Что с Синдзи-куном?
– Ничего страшного. Они скоро вернутся.
– Ответила, почему-то Хикари.
– Ты уверена?
– Абсолютно. Я чувствую, что уже мало времени, и надо успеть все приготовить: когда они придут в себя - им будет нехорошо, и их придется отпаивать специальными отварами.
– А откуда ты знаешь, что им надо будет?
– Синдзи-кун мне показывал. Вот как знал, что глубоко провалится.
– Куда провалится?
– Да я и сама не понимаю. Икари так и сказал, дескать "если провалюсь слишком глубоко, то..." и дальше - инструкция минут на пятнадцать: какие травы и где брать, в каком порядке заваривать, какие слова при этом говорить... В общем-то интересно было.
Мальчишки смотрят на старосту с глубоким удивлением. Похоже, о таких подробностях своей биографии девочка им не рассказывала.
В этот момент очнулся Синдзи.
– Хикари...
– Здесь.
– Лазурный... готов?
– Сейчас. Чуть-чуть осталось. Последний цикл.
– Хорошо... Рей-тян... сразу целую чашку... и чтобы выпила...
– Я-то выпью, а вот ты как?
– совершенно неожиданно прозвучал голос Аянами.
– Справлюсь.
– Нет уж. Староста, ты на всех готовила?
– Да.
– Парни, поднимите его.
– Хорошо.
– Тодзи и Айда усадили Синдзи и остались рядом, помогая ему удержаться. Интересно... И когда это Аянами научилась командовать?
Как только Икари и Аянами сели друг напротив друга - Хикари поднесла им по чашке, в каждой из которых была смесь всех четырех отваров. Синдзи-кун провел рукой над своей чашкой и что-то произнес. Из чашки полыхнуло багровым. Икари прислушался к чему-то и кивнул старосте.
– Спасибо, Хикари. Очень удачно получилось.
– И начал отхлебывать полученный отвар из своей чашки.
Когда Аянами увидела, что Икари уверенно сидит уже без посторонней помощи - она повторила непонятный ритуал, проведенный Синдзи. Только у нее вспыхнуло серебристо-голубым.
– И в самом деле - очень удачно. Спасибо.
– Не за что.
– Хикари улыбнулась. Похвала ей явно была очень приятна. Она сходила еще раз в кухню и принесла на подносе еще четыре чашки. Три из них девочка поставила перед нами, четвертую взяла себе.
– И что нам делать?
– Очень уж любопытно было, что это мы такое видели.
– Просто пейте.
– А как же...
– Размеры шила в неудобном месте Айды явно превышало среднестатистические.
– Вам - не стоит. От того, что пьет Аянами - ты ляжешь на месте, а уж что сотворил Икари - мне даже думать страшно.
– Почему это я лягу?
– Разобьешь голову, прыгая до потолка.
– Аянами, ты шутишь?
– Удивление прямо-таки плескалось в голосе Тодзи, а остальные - просто застыли, не в силах произнести ни слова.
– К сожалению, нет. Я пока что не научилась шутить. Просто стараюсь наиболее объективно представить последствия употребления тобой столь сильного стимулятора.
– Стимулятор? Это вроде того, который ты пила...
– Нет. До такого мне еще расти и расти.
– Спрашивала я Аянами, а отвечает, почему-то Хикари.
– Икари у нас профессионал, а я... Что смогла то и сделала, да и то им пришлось подстраивать под себя. А вы - пейте. То, что у вас - совершенно безопасно, и может быть полезно.
– А может и не быть?
– Может и не быть. К сожалению, даже за вкус не могу поручиться. Но, все-таки - попробуйте. Вдруг понравится.
– А что бы с гарантией... Попробуйте накрыть чашку и сказать "Принимаю" - у вас, всех троих - может получиться.
– Вмешался Синдзи. Он с каждой минутой выглядел все лучше, да и Рей - не отставала.
– А у Хикари...
– У нее - уже получилось. Она же готовила Лазурный чай. Значит для нее - он и вкусен и полезен. Это остальным надо подстраивать.
Делаю то, что предложил младший Икари. Руку слегка обжигает паром, а через пальцы вспыхивает красным. Отпиваю чуть-чуть, и чуть не захлебываюсь, узнавая давно забытый вкус чая, который готовила мама, когда они с отцом еще были вместе. После развода она ни разу такого не заваривала, и он навсегда остался для меня чем-то недостижимым.