Лица ребят тоже расплываются в улыбках. Ясно, что пьют они что-то очень вкусное. Интересно, их ощущения такие же, как у меня? Очевидно, последний вопрос я либо произнесла вслух, либо он был прямо-таки написан у меня на лице, поскольку Икари отвечает:

– Нет. Каждый из нас пьет свое, и вкус только для одного. И, боюсь, в следующий раз вкус не повторится. Помнится, один из фантастов до Второго удара описывал некую "специю", которая для каждого была своего вкуса, и вкус этот был каждый раз новый. Только там описываемая специя была наркотиком. Лазурный чай привыкания не вызывает, а так - один в один.

После этого зашел разговор о книгах, как о тех, что были написаны до Второго удара, так и о более современных. С книг - перекинулись на фильмы. С фильмов - на аниме, потом - на мангу, с нее - обратно к книгам. В общем, сидели мы долго и приятно.

К сожалению, все приятное рано или поздно заканчивается. И мне пришлось развозить по домам своих гостей. А когда я вернулась - Синдзи и Рей уже крепко спали, и расспросить их о чем бы то ни было, не представлялось возможным.

Токио-3. Квартира Мисато Кацураги. Синдзи.

Проснулся я поздно. День уже давно был в разгаре, точнее - перевалил за середину. Неудивительно, в общем-то... После вчерашнего истощения, даже слегка подправленного Лазурным чаем в компании друзей - восстановиться будет непросто. Даже Феа на руке у Рей выглядит не блестяще-черным, как обычно, а, скорее - темно-серым. Из кухни доносился голос Мисато, которая что-то сама себе напевала. Стоп. Из кухни?

– Мисато-сан, а разве нам всем не надо в штаб?

– И тебе - доброе утро. Нет. Не надо. У вас - отпуск по ранению, а я - за вами присматриваю.

– Доброе утро. И... спасибо.

– Не за что.

Мисато появляется из кухни, изящно балансируя подносом, на котором аппетитно парили две чашки с мисо, несколько суши и данго*.

/* Прим. автора: если напортачил с меню - подскажите, пожалуйста, что там может быть. Граничные условия - должно быть что-то вегетарианское. И еще - Мисато сама не готовит (см. ниже)*/

– Мисато, ты сама готовила?

– Нет, только разогрела. Заказала готовые.

– Спасибо. А то что-то готовить - сил никаких нет.

– Неудивительно. Вчера вы с Рей-тян просто вырубились, где сидели.

– Бывает. Устали очень сильно.

Память. Мисато.

Из темноты выступают две огромные фигуры. Одна, получив тяжелый, возможно даже - смертельный удар - лежит на земле, а другая - склоняется над ней. Лежащая кажется красной, но я точно знаю, что она - оранжевая. Стоящая - раскрашена большими черными и белыми участками. И это - не кажется. Она такая и есть. Евангелионы. Только что победившие страшного врага. Вот только не оказалась ли цена победы слишком высока? Если мы потеряли одного, а то и двух пилотов - кто будет встречать следующего Ангела? Лэнгли? В ее личном деле написано многое... И если она окажется единственной... Наши шансы стремительно катятся к нулю.

– Спасательная команда добралась до Евы-01.

– Что там?
– От страха темнеет в глазах. И плевать на все человечество. Я привязалась к этой парочке.

– Капсула выдвинута в штатном режиме. Пилота нет, но, похоже, он выбрался самостоятельно.

– Я и не сомневалась. Ищите его. И быстрее - группу к Нулевой. Что с Аянами?

– Телеметрия пилота Прототипа прервалась уже после боя.

– Прервалась? С Рей-тян что-то случилось? Она жива?

– Мы не знаем. Полностью прервано получение данных от капсулы. Такое ощущение, что ее катапультировали.

– Кто дал команду на катапультирование?

– В том-то и дело, что с КП такой команды не поступало.

Что же там произошло в то время, пока мы тут все валялись в обмороке после удара Рамиила? И что случилось с ним самим? Пока что я знаю только то, что "цель уничтожена".

– Что там с Нулевой?

– Спасательная команда еще не добралась. Там такие завалы... Да и расплавленная порода еще не остыла.
– Неудивительно. По КП Ангел задел разве что краешком, и то - две бронемашины сейчас представляют собой лужи медленно остывающего металла, а как уцелели мы - не очень понятно. Что же тогда творилось на огневой, куда пришелся основной удар?
– Что с Ангелом?

– Уничтожен.

– И как это случилось?

– Евангелион-01 пробил АТ-поле, и в пробоину влетел русский штурмовик, который и протаранил ядро Рамиила.

– Он навсегда останется в нашей памяти.

– Да будет так.

– Что дальше было?

– А фиг его знает.

– Это как?

– Аппаратура после удара Ангела была в нокауте, а мы больше смотрели на Рамиила, чем на огневую. Когда вышли из шока - Евы уже так были как сейчас, и пилоты не отзывались.