Встав напротив флейтиста, рослый, рыжий парень в килте держал под мышкой чёрный бурдюк с пятью трубками, который придавливал левым локтем. В одну из трубок он вдувал воздух, на другой играл, как на свирели, а три прочие непрерывно гудели сами.

Вначале её долгий, протяжный звук, исторгнутый из мехов, был похож на громкий рёв вола, но затем волынщик подстроился под флейтиста, и старинная кельтская мелодия обрела новое, гармоничное и полифоническое звучание. Девушки тотчас задвигались живее, словно подстёгнутые трубным ором.

Тем большим диссонансом прозвучал на этом фоне чей-то надрывный тревожный зов.

– Зо-я! – безутешно звала где-то мать своего ребёнка. – Зо-я!

Вскоре из-за недр пятой потерны вышла женщина в красном сарафане. Заметив танцующих эльфиек, она направилась к ним.

– Извините, вы тут девочку не видели? – обратилась она к одной их них.

Та отрицательно покачала головой, не останавливаясь и двигаясь дальше по кругу.

– В белом платье, – уточнила Навка, обратившись к другой.

– Нет, у нас тут все только в пастельных тонах или в зелёном, – ответила ей другая эльфийка, шедшая следом, и кивнула на двух маленьких зелёных человечков – мальчика и девочку, одетых в зелёные костюмчики.

– Спросите у орков, – посоветовала ей третья эльфийка, шедшая следом, – может, они знают.

– А где они? – спросила Навка.

– Вон там, – кивком головы показала третья эльфийка.

Женщина в красном сарафане направилась к другой компании, разлёгшейся на траве неподалёку от потерны № 5. Шесть парней и одна девушка также были одеты в исторические, явно сшитые на заказ, костюмы. В руках они держали пластиковые мечи, фанерные щиты и деревянные алебарды.

– Орки, вы тут девушку в белом платье не видели?

– Нет, – небрежно ответил один из них.

– С косой, – добавила Навка.

– С такой? – пошутил другой орк, показывая рукой на свою секиру, чем-то похожую на традиционную косу.

Навка покачала головой.

– Нет, не видели! – ответил поэт-орк.

– Дочка у меня пропала, – вздохнула Навка.

– Какая дочка? – криво усмехнулся третий орк с бубном и с головой козла, насаженной на палку, – которая пропала здесь пять лет назад?

– Вы что-то путаете, ребята. Моя дочка только что пропала. Она пропала всего час назад. Вы что-то путаете.

– Идите, идите, мамаша, – посоветовал ей четвёртый, самый брутальный орк. – Не видели мы вашу дочку.

– Эх, ребята, – вздохнула она, – не в те игры вы играете и не тем богам поклоняетесь.

Покинув злобных орков, Навка направилась к пятой потерне. Как только она исчезла в её тёмном провале, на поляну въехал милицейский джип. Проехав мимо танцующих вокруг столба эльфиек, он вернулся к памятному камню с намалёванной стрелкой, чётко указывающей, где находятся сатанисты, и уверено последовал в указанном направлении к левой опушке, на которой прилегла компания орков.

Те почему-то сразу же бросились бежать в разные стороны. Но из полуоткрытого окна раздался предупреждающий выстрел в воздух, и из салона выскочили двое «беркутов» в камуфляже.

– На место! Лежать! Вы щас у нас тут все ляжете! – пригрозил им пистолетом один из них.

Трём оркам и Гудрун удалось скрыться, забежав в потерну. Эльфийки вместе с флейтистом и двумя маленькими зелёными человечками испуганно бросились врассыпную к валу и, поднявшись наверх, скатились вниз по эскарпу в ров. Эльфы с луками, оценив ситуацию, также присоединились к ним. На валу, спрятавшись за кустом, осталась лишь Таури.

Трое орков понуро вернулись на место.

– Лечь всем на землю! – приказал им первый «беркут.

Поэт-орк Пётр и шаман Морий с бубном и с головой козла на палке подчинились приказу. Самый брутальный орк Барлог остался стоять.

– Лежать – была команда! – ударил его второй «беркут» рукой в бок, – и не дергаться! Отвечайте, кто такие?

Брутальный орк, получив по почкам, повалился на землю и захрипел:

– Орки.

– Кто? – не понял «беркут».

Барлог мгновенно сообразил, что «беркут» вряд ли слышал когда-нибудь это слово, и тут же поправился:

– Студенты мы!

– Какие ещё на… студенты? – возмутился второй «беркут». – Сатанисты грёбаные! А ну признавайтесь, где девушка? Что вы с ней сделали?

– Какая девушка?

– В белом платье и с косой.

Приподняв голову, поэт-орк кивнул на лежащую рядом с ним секиру.

– С такой?

Первый «беркут» со всей силы схватил его за длинные волосы.

– С такой!

– Мы тут вообще такой не видели, – приподнял голову шаман Морий. – Это женщина та в красном сарафане всё выдумала.