– Все они суки, – главный подводит мрачно. – Ладно, кончили треп! Ты, ты и ты, по флаерам. Вы двое держите дверь. Травку не смолить, глядеть в оба! Если с этой кошечкой что случится, пока принц в отлучке…

Главный и еще трое исбистов по флаерам рассаживаются, парочка у дверей ложи осталась. Минут пять ребята честно головами крутили и старательно рабочий настрой изображали – но на большее их не хватило.

– А хорошенькая штучка, а? – один начинает мечтательно. – Красоточка-малолеточка… неплохо бы с такой развлечься, а? Разложить бы ее прямо в ложе, на мониторах…

– Ага! – второй в ответ скалится. – Разложил один такой. Потом принц тебя так разложит, что только на запчасти в госпиталь и сгодишься! Помнишь, Рыжик, что принц с Варягом сделал?

– Не, не надо! – Рыжик отмахивается. – Не надо про Варяга, Мот! Я как вспоминаю, меня мутить начинает! Даже травка не помогает.

– Вот ты тогда почаще его и вспоминай, – Мот ухмыляется. – Только захотелось – и ты сразу вспоминай, во что Варяг превратился. А еще лучше, вспоминай, как его в это пару часов превращали… А ведь с той зеленоглазкой принц потом и двух дней не развлекался. А вокруг этой – месяц круги нарезает. Если что, будешь еще умолять, чтоб только как с Варягом, а не по-другому. Ему ведь…

– Ну ладно, Мот, кончай про Варяга! – Рыжик обрывает. – В натуре же мутить начинает!

– Сам начал.

– Да я не то имел в виду, – Рыжик голос понижает. – Я подумал, может, она наоборот? Ну, типа, принца ей не хватает, вот она и ходит дикой кошкой…

– Ты с принцем поаккуратнее, – Мот тоже почти на шепот переходит. – А то кто-нибудь шепнет ненароком… Да и не дает она принцу. Так что это он голодной собакой ходит и слюни пускает.

– Да ладно… – Рыжик отмахивается. – Он же ее без всякого желания в любую…

– В том-то и дело, что не может! – Мот головой мотает. – Император хочет быстрее Иркутск к рукам прибрать, так что все должно быть без грубостей. Она же дочка их президента, все дела типа…

– Тем более! – Рыжик говорит. – Ясно. Потому она…

– Слушай! – Мот из себя выходит. – Кончай! Я и так на нее смотреть не могу, а тут ты еще раззадориваешь! Ты…

И тут Линский микрофон отключает.

– Мне кажется, нам лучше не отвлекаться на их разговоры, – говорит осторожно. – Чтобы не потерять бдительности, когда придется действовать…

Говорит, а сам все на мои руки косится.

Тут и я сообразил, что так в подлокотники вцепился, что чуть их не обломал. Насчет бдительности не знаю, а вот с хладнокровием от таких разговорчиков у меня действительно напряженка случилась! Руки так и чешутся!

– Дымок! – говорю тревожно. – Ты уверен, что перебора не будет? Они и без феромонов еле ходить могут! А с феромонами… как бы чего не вышло!

– Я это учел, Серж, – Дымок тупится смущенно. – Когда Ева выйдет, она не будет садиться во флаер, чтобы… ну… – тут Дымочек от смущения конец фразы вообще зажевал. – Вместо этого Ева поведет телохранителей в ближайшее кафе. А в апартаменты принца отправится позже, когда феромоны частично выветрятся, и их действие уже не будет таким сильным.

Час как вечность растянулся. Но наконец открывается ложа.

Выходит Ева. Только одета она в ту одежду, которая на Анне была: длинный пиджак, свободные брюки из тонкого шелка. Под такой одеждой почти незаметно, что Ева плотнее Анны сложена.

То есть это обычному человеку почти не заметно. Но исбисты-то в охране – опытные ребята с наметанным глазом, они и не такие мелочи должны различать…

Но Моту и Рыжику, что под дверью стояли, вовсе не до мелочей уже. Перед выходом из ложи Ева на себя флакон феромонов вылила. Мот и Рыжик разок вдохнули – и глаза у них совершенно дикие стали. Они и без феромонов, одними разговорами себя так распалили, что хоть льдом обкладывай. А с феромонами… Стоят с открытыми ртами – и только глазами Евочку облапывают.

А Ева им еще улыбочки строит – и вовсе не такие, как Анна час назад…

– Внимание! – Линский говорит и внешние микрофоны включает.

Из флаеров остальные четверо выскакивают. По-деловому так. Но только пару шагов сделали – и тут волна феромонов на них обрушилась. Словно подменили ребят.

– Э… ваша светлость… – главный еле говорить может. – Во флаер, прошу вас…

А Ева ему улыбается обворожительно – и ни с места.

– Мальчики, я хочу в кафе, – говорит томно. – Без флаера.

Хотел главный что-то возразить – но от феромонов все у него в голове смешалось. Титул выговаривает – а дальше никак. Только и может, что восторженным щенком на нее глядеть.

А Ева разворачивается и прочь идет. И как идет… Не зря Дымок с мув-дизайнерами Скупцова пару часов возился! Глянули охранники на нее – и засеменили следом, словно на поводке. Хорошо, что водители во флаерах феромонов не надышались! Иначе бы флаеры со стен соскабливать пришлось.

– Получилось! – Дымок бормочет в восторге.