Шрифт:
Эх, надо было в корень зрить, а он эмоциям поддался. Взял да сдал кассету в Управление собственной безопасности. Чтобы менты мента схавали.
Маховик машины закрутился. Только Круча из-под него целым и невредимым выбрался. Ему даже выговора не влепили. Связи у него, оказывается, до генеральских звезд дотягиваются. И люди у него свои на всех уровнях. Это ж только подумать, кассету из-под носа у следака выдернули. Какую-то порнографию подсунули. Хохма вышла, да только Сафрону ни грамма не смешно.
Хорошо, вовремя за границу смылся. И Колос, кстати, тоже в теплые края подался. Тоже от греха подальше.
Волчара не простой мент. Кто-то его «ментом в законе» назвал. В большом он авторитете среди ментовской братии.
Это другие менты, чересчур честные, днями и ночами с пистолетиками за братками гоняются и все думают, что под защитой у государства. А вот хрен, всю жизнь братва подставляла ментов и подставлять будет. Прокуроры и судьи, все они куплены. И нет у чересчур честных ментов против них иммунитета. А вот у Кручи есть. Он ни на что и никогда не жалуется, потому что умеет поставить себя выше обстоятельств. Никакой прокурор против него не пойдет, потому как побоится. Круча, ведь он честный мент, но беспредельный до ужаса. Надо будет, и прокурора за яйца подвесит. И команда у него крутая...
Все это Сафрон знал. Но не особенно верил в силу Волчары. А теперь верит, убедился в этом.
Еще раз придется убеждаться на собственной шкуре. Ждет Круча его возвращения. И ножи уже точит. Давить начнет, прессовать, как бы кишки наружу не полезли...
Сафрон и его любовница благополучно прошли таможенный и паспортный контроль, направились к выходу из здания аэропорта.
Ленусик несла свое роскошное тело грациозной походкой манекенщицы. Красивая, загорелая, отдохнувшая. Ни забот, ни хлопот, голова одними только чисто бабскими проблемами забита. Сафрон завистливо вздохнул.
– Дорогой, ты почему такой унылый? – спросила она.
Заметила-таки.
– А скоро узнаешь...
На грудь давило недоброе предчувствие.
Он ожидал, что его возьмут прямо здесь, в аэропорту. Подскочат менты из РУОПа – у Волчары с этой конторой завязки конкретные. Скажут, например, что имеют сведения, будто у него заграничный паспорт поддельный. Возьмут под белы рученьки и с собой увезут, до выяснения...
– Лица на тебе нет...
– На душе мутно, Ленусик...
– Чего?
– А скоро узнаешь...
Сафрон ждал встречи с ментами. Но нет, тех не было и в помине. Зато братки нарисовались. Во главе со Ступором, его правой рукой.
– Привет, братан!
– С возвращением, шеф!
Сафрон обнялся со Ступором, похлопали друг друга по спине.
Двум быкам он просто подал «краба». Не тот ранг, чтобы обниматься с ними.
– Как там на Канарах?
– Да уж лучше, чем на нарах! – сострил Сафрон.
И улыбнулся. Только какая-то тоскливая улыбка получилась.
В Битово они ехали на двух джипах. Сафрон даже удивился, когда они спокойно выехали за пределы аэрокомплекса. Никто их не задержал или хотя бы просто остановил.
– Как там Волчара? – спросил он Ступора о главном.
– Да ничего, все путем...
– Не трясет братву?
– Да он же не дятел, в натуре. Ты ж ему показал, кто в Битово хозяин...
Сафрон оторопело посмотрел на своего кореша.
– Я? Показал?
– Ну да. Типа стоит тебе только пальцем шевельнуть, и все, нет Волчары...
Мозги у Ступора от жары прокисли, что ли?
– Так я это, пальцем шевельнул. И где Волчара?
– Ну так на месте... Но не дергается же...
– Вообще не дергается?
– Да я ж звонил тебе, шеф. Говорил, что никаких проблем. Будто нет Кручи, как отрезало. Я еще думал, может, до твоего приезда пару-тройку точек у него отбить. Пусть гад на зарплату свою вшивую живет...
– Идиот, бляха! – не сдержался Сафрон.
А может, прав Ступор? Может, Волчара и в самом деле угомонился? Боится, что Сафрон еще кому кассету эту сплавит. Ведь у него еще есть экземплярчик. И никто, кроме него, не знает, где он хранится.
– Чего идиот? – обиделся Ступор.
В это время с левого борта возникли сразу два ментовских «Форда». Они прижали машины Сафрона к обочине. Взвыли и тут же затихли сирены.
– А вот сейчас поймешь... Останови! – велел он водителю.
Из «Фордов» повыскакивали дюжие ребята в бронежилетах и с автоматами-короткостволками. Без масок. Лица напряженные, взгляды тухлые.
Сафрон не стал дожидаться, когда его вытащат из машины. Он вышел сам, повернулся лицом к ней, оперся руками на капот, расставил ноги. Ступор и все остальные, кроме Ленусика, сделали то же самое.