Он оглядел себя и, кажется, наконец смутился своего жалкого вида.

– Надо бы шмотками разжиться… – он поглядел в сумрак, где сидели тысячи узников. На многих сохранилась одежда – целая, хоть и пропитанная слизью.

– Кэп, ты с нами? – спросил Крэк напрямую.

– Что? Нет, вы без меня идите. Мне туда все равно дороги нет. Я лучше похожу, ребят поищу, кто уцелел. Слышь, Крэк, вы только сами не глупите. Кишку эту в рот – ни-ни. Сразу присосет, не оторвешься.

– Да мы как-то не собирались, – с содроганием ответил я.

– А это тебе только кажется, – глубокомысленно ответил Дэба.

– Твою мать, ты скажешь наконец?! – не выдержал я. – Какого черта тебя сюда принесло с твоими ребятами?

– Скажу, – спокойно кивнул капитан. – Ничего особенного, в принципе. Порядка и спокойствия попросить у Придумщика. Сам же видел, что там, наверху…

– Это ты сам сообразил – к Придумщику с поклоном идти? – расхохотался я.

– Не скалься, Грач. Не сам. Бугор послал. Марциони. Видишь, какое дело, это же из-за него вся чехарда.

– Представь, догадался, – хмыкнул я.

– Ни хрена ты не догадался, Грач. Все ведь спокойно начиналось. Спокойно и мирно, как в вечерней сказке для маленьких. Это потом дерьмо пошло. Когда Марциони себе новую армию захотел.

– Какую еще армию? – изумился я.

– Самую лучшую, – нервно рассмеялся Дэба. – На нас даже не понадеялся. Когда претенденты на золотой запас по всей Галактике объявились, он решил, что будет большая война. И создал себе личную гвардию. Ты там наверху не видел случайно? – такие уродцы ходячие, с фонарями на башке.

– Дровосеки, – кивнул я. – Видел. Не только видел…

– Во-во, дровосеки, гомосеки… И не только. Там много всякой дряни появилось. Такой, что никто даже не ожидал… – он замолчал, внезапно задумавшись.

– Что ж он сам не пошел с Придумщиком разговаривать? – спросил я. – У них же такая любовь и приязнь образовалась.

– Грач, еще раз тебе говорю – дерьмо началось. Везде, и здесь тоже! Ты представляешь себе Марциони – здесь, а? В белом костюмчике, с рюмочкой винца?

– Я думаю, ради такого дела костюмчиком можно рискнуть, капитан. Другой вопрос, если он просто боялся…

– Вот! Рад, что ты такой сообразительный. Боялся – это ты еще мягко сказал. Он сюда еще много кого посылал. И наших ребят, и ученых, и своих холуев. Никого не жалел. Даже девку свою один раз отправлял.

– «Девка своя» – это кто? Тася, что ли?

– Тася, Тася… тоже ни с чем вернулась. Но зато хоть вернулась! У них с Придумщиком вроде как любовь. Она ж его с первого дня обхаживала, ухаживала, салфеточкой протирала, водичкой поила…

– Уколы порола… – напомнил я.

– Не, это не она. Она чисто по уходу и заботе. Она ж такая дамочка мягкая, пушистая, сердобольная. Знаешь, она даже этих семафоров ходячих не боялась. Они ее слушались!

– Знаю.

– Вот… Мало с кем Придумщик хоть словом мог перемолвиться. И тебе он ничего не скажет. Зря надеешься.

– Ну, это мои заботы, капитан… Ладно, мне идти пора.

– Иди-иди… тут уже недалеко. Горизонтом ниже опустишься, а дальше сам увидишь, куда идти. Крэк, ты со мной остаешься?

– Знаешь, кэп… я с ним пойду, – угрюмо проговорил Крэк. – Мы с самого начала вместе идем и… и вообще.

– Крэк, не пори горячку! – сказал я. – Нечего тебе там делать. И толку там от тебя – ноль. Стрелять вроде уже не в кого. Собирайте тут своих ребят и ждите меня. Путь назад может тяжким оказаться. Кстати, вот… – я снял с плеча автомат и положил рядом с Дэбой. – Вам эти погремушки привычней.

– Не-е, Грач, почти дошли уже, – шагнул ко мне Крэк. – Раньше не бросал и теперь не брошу. Верно я говорю, кэп?

– А вы на меня не смотрите, – хмыкнул капитан. – Сами решайте свои дела.

– Иди в задницу, Крэк, – сказал я, развернулся и зашагал от них прочь.

Через несколько шагов он меня, разумеется, догнал.

Широкий низкий тоннель довольно скоро привел нас к массивной клети промышленного лифта. Механизм был напрочь покорежен, но мы и не рассчитывали добраться с комфортом.

– Полезли, бля? – просто спросил Крэк.

– А куда ж деваться? – вздохнул я.

Цепляясь за скользкие стальные балки, мы начали спускаться на нижний горизонт. Оттуда поднимался горячий затхлый воздух, слышался какой-то шорох и приглушенный скрежет давно заброшенных конструкций.

– Кой черт их сюда занес? – пыхтел Крэк.

Света внизу оказалось совсем мало. Мы включили фонари. То, что открылось нашим взглядам, напоминало уже не тоннель, а скорее нору. Всё, что успели здесь строители, это продолбить дыру и пропустить кое-какие коммуникации. Об отделке и оборудовании речь уже не шла.