В этот день их очередная ссора с Сонией зашла так далеко, что Рамон был вынужден уйти из дома, чтобы не слушать ее упреков по поводу его безразличия к ней.

Рамон медленно ехал по улицам. Сомнения одолевали его. Он понимал, что сегодня должен открыться Маргарите, но не знал, как ему это сделать и что он может предложить ей, оставаясь по существу мужем Сонии.

Размышляя так, Рамон не заметил, как подъехал к дому Маргариты. Он остановил машину и взглянул на часы. Маргарита вот-вот должна была выйти. Рамон выключил мотор и откинулся на спинку сиденья. Маргарита занимала все его мысли. Он мучительно думал о том, что скажет ей сегодня. Время шло, а Маргариты все не было. Рамон уже начал волноваться, он с трудом подавлял в себе желание уехать. «Нет, теперь она, наверное, не придет», – подумал Рамон и завел мотор.

Как раз в эту минуту дверь дома распахнулась, и на пороге появилась Маргарита. Приглядевшись, Рамон отметил про себя, что у нее обескураженный вид.

Рамон приоткрыл дверцу, и Маргарита опустилась на сиденье рядом с ним. Рамон улыбнулся и сказал:

– Спасибо, что ты все-таки пришла.

– У меня сегодня ужасный день, – Маргарита тяжело вздохнула и продолжала: – Моя мать и Педро поженились тайком. Теперь он перебрался к нам жить.

Рамон решил пригласить Маргариту в ресторан. Он заранее предупредил своих коллег, чтобы они не ждали его сегодня после обеда. И теперь ему некуда было торопиться.

Маргарита тоже не спешила домой. Ей было неприятно от мысли, что предстоит встреча с Педро. Она надеялась, что Фернандо все-таки заставит его уйти, пока она будет с Рамоном.

Остановив машину, Рамон помог Маргарите выйти и под руку с ней направился к дверям ресторана. При этом он не заметил, как из-за угла показался автомобиль Сонии. После сегодняшней ссоры она решила больше не откладывать осуществление своего плана в долгий ящик и проследить за Рамоном.

В ресторане Рамон и Маргарита расположились за маленьким столиком в укромном уголке. В ожидании заказа Рамон заговорил о своих отношениях с Сонией. Он рассказал Маргарите о том, что он не любит ее как женщину, что только чувство благодарности удерживает его от того, чтобы немедленно расстаться с Сонией. Он мог бы еще долго говорить, но его охватил прилив чувств, и Рамон с жадностью поцеловал Маргариту в губы.

Маргарита отстранила его от себя и сказала:

– Не надо, Рамон, ведь Моника моя лучшая подруга, а Сония ее тетя.

– Но я же люблю тебя.

– Ты не должен так поступать. Ты не должен бросать женщину, которой обязан всем, в тот момент, когда она, как никогда, нуждается в тебе, – Маргарита понимала, что она все равно не сможет переубедить Рамона, и тем не менее добавила: – И если ты хочешь, чтобы мы продолжали встречаться, то пожалуйста, больше никогда не делай этого.

Альберто считал, что удача улыбнулась ему. Когда Даниэла потеряла сознание у него дома, он сначала очень испугался. Ему показалось, что она мертва, и тут же Альберто вспомнил годы, проведенные в тюрьме. «Неужели меня опять ждет весь этот кошмар?» – с ужасом подумал он. Первым его желанием было броситься вон из квартиры и бежать, сломя голову, куда глаза глядят. Однако, заметив что Даниэла дышит, Альберто быстро сообразил, как ему воспользоваться ее бессознательным состоянием.

Он осторожно раздел Даниэлу и перенес на диван. Половина дела была сделана. Теперь Альберто беспокоился только о двух вещах: он боялся, что не сумеет дозвониться до Моники и что Даниэла может прийти в себя раньше, чем ее приемная дочь будет здесь.

Однако его опасения оказались напрасны. По стечению обстоятельств Альберто удалось претворить в жизнь свой дьявольский план. Он радовался, предвкушая, как расскажет обо всем Иренэ, с которой Альберто должен был скоро встретиться в ресторане.

Он не слишком испугался угроз Даниэлы. Альберто имел трезвый взгляд на вещи, к тому же, за восемь лет, проведенных за решеткой, он успел неплохо изучить уголовное законодательство. Поэтому он был твердо уверен в том, что никакое судебное преследование ему пока не грозит.

Конечно, его не очень вдохновляла перспектива новой встречи с Хуаном Антонио… В прошлый раз Альберто убедился, что супруг Даниэлы неплохо владеет искусством кулачного боя и обладает хорошо поставленным ударом. «Если я ему попадусь, он может так ударить, что даже и не заметит, как я перестану дышать», – от этой мысли Альберто делалось неуютно. Он был трусом, а кроме того, понимал, что, даже если бы он и попытался вступить в единоборство с Хуаном Антонио, ему вряд ли пришлось бы рассчитывать на победу.

Однако у Альберто оставалось еще одно оружие, против которого были бессильны даже мощные кулаки Хуана Антонио: его злой язык. «Ничего, – думал он, открывая банку с пивом, – я ему такое скажу, что бедному Хуану Антонио сразу захочется избить свою жену, а не меня».

Размышляя таким образом, Альберто взглянул на часы. Ему уже пора было ехать в ресторан. Альберто придирчиво осмотрел себя перед зеркалом, тщательно расчесал волосы, поправил галстук и, решив, что теперь у него все в порядке, вышел из дома.