Одна из программ «Единой России» называется «Сочи-2014». Это не понравилось Владимиру Путину.

– Почему «Сочи-2014»? – переспросил он.

Борис Грызлов промолчал, так как слишком хорошо понимал, что его ответ не заинтересует Владимира Путина.

– Чем больше партий будет считать президента своим моральным лидером, – обрадованно сказал Вячеслав Володин, – тем меньше различий будет между партиями!

Очевидно, он считает, что в этом и состоит высший смысл партийной деятельности.

На Конгресс муниципальных образований съехались делегаты со всей России.

– Все ждут подачек, – слышал я вокруг себя. – Директор школы ждет телевизор в директорскую, доярка – хотя бы грамоту… И мы, честно говоря, заждались.

Антиглобалисты выглядели традиционно, то есть очень привлекательно для фото– и видеокамер, окруживших их таким же плотным кольцом, как и австралийские полицейские на белых великах с пистолетами, больно, по-моему, колотившими их о бедра, когда они по команде снимались с места и начинали такое отчаянное движение, что, казалось, участвуют в гонке преследования каких-то негодяев, нарушивших спокойствие в их городе, где по центральным улицам вместо голубей гуляют чайки, чувствующие себя хозяйками жизни на столах в ресторанах open air.

Антиглобалисты будто ждали в это утро от полицейских четких и ясных указаний, куда им следовать и каким шагом.

Зеленые кучками стояли под огромными кленами. Они стояли там, чтобы их было лучше видно, потому что клены были окружены каменной кладкой высотой где-то метр и радиусом три. Кладка была засыпана землей, в которую австралийцы высадили нежные цветы. Зеленые, чтобы их было лучше видно, и заняли место под деревьями, полагая, наверное, что это будет еще и очень символично. Это и вправду было символично: честно распустившиеся было австралийской весной бутоны оказались тут же безжалостно растоптаны.

В разгар митинга в толпу врезался юноша с оранжевыми волосами и картонкой на палочке немного выше его головы. На картонке сияла надпись «I wanna get laid!», что значило… впрочем, тем, кто тоже хочет так же сильно, как и тот парень, будет понятно и без перевода.

Антиглобалисты протестовали против такого количества несправедливостей в мире, что я, прислушиваясь, тоже поневоле начинал чувствовать себя антиглобалистом.

В центре фойе Ледового дворца спорта в Лужниках желающих раскрашивали, как хоккейных фанатов, в цвета национальных флагов. Некоторые из них были раскрашены с головы и, подозреваю, до пят. На бритом затылке одного из них я увидел надпись «Путин». Но это был не Путин.

Под песню «Комсомольцы-добровольцы» на сцену Ледового дворца спорта вышла уборщица со шваброй, и арена встретила ее появление такой овацией, что она стала тереть пол и двигаться в такт музыке, чем заслужила просто стон зала.

Форум сторонников президента должен был стартовать в полдень, но Надежда Кадышева, первая из выступавших на сцене в поддержку Владимира Путина, вышла только ближе к часу дня. «Мы с тобой, мы с тобой не собьемся с пути, потому что дороги не знаем!» – пела Надежда Кадышева, и я подумал, что репертуар у нее просто оппозиционный.

Иерархам Русской православной церкви пришлось подождать начала встречи с Владимиром Путиным. Я, правда, думал, что для них в этом смысле будет сделано исключение и что президент России придет вовремя.

Но для них было сделано другое исключение. Когда два солдата открыли наконец пятиметровой высоты дубовые двери Александровского зала Кремля, я не услышал заветных дикторских позывных под сводами: «Президент Российской Федерации Владимир Владимирович Путин!»

Все-таки у людей, сидевших за столом, вроде бы другой непосредственный начальник, который при виде Владимира Путина встал, как и все эти 110 человек, шурша рясами, и от звука, возникшего при этом шуршании, показалось, что под купол Александровского зала взлетела стая куропаток. А от звука отодвигаемых при этом стульев появилось впечатление, что этих куропаток расстреливают из охотничьих ружей.

Точку поставил мудрый Минтимер Шаймиев, который не удержался и сказал: – Мы будем добиваться, чтобы народ в дальнейшем доверял нам править им!

Начальник Генерального штаба Юрий Балуевский делал серьезные признания. Он говорил, что армия известна прежде всего своим консерватизмом, который ей и позволил сохранить себя в новые времена. Я даже сразу не понял, что он говорит о выборах. Оказалось, именно на выборах проявляются лучшие качества армии, то есть прежде всего сознательность (военные внимательно прислушиваются к мнению вышестоящего командования) и коллективизм (явка на выборы в войсках не то что у гражданских).