– - Ты куришь?
– спрашивает он, не до конца доверяя своим глазам.

– - Нет, - говорю я.

Он снова безуспешно силится разобраться в ситуации.

– - А что ж ты тут делаешь?
– спрашивает он.

– - Гуляю, - отвечаю я.

– - Гуляешь?

– - Ну да.

Я пожимаю плечами. Почему бы мне здесь не гулять? Он кивает и затягивается.

– - Давно гуляешь?
– спрашивает он.

– - Не очень, - говорю я.
– Как машина?

– - Какая машина? А, - он вспоминает, о чем идет речь.
– Ничего. В выходные на сервис отдам...

– - Злоумышленника нашли?
– спрашиваю я тоном заговорщика. Он не догоняет.

– - Что?

– - Говорю, злоумышленника обнаружили?

– - О господи...
– произносит он медленно.
– Дешевле просто починить... Сам виноват. Не надо было ставить на проходе. Конечно, свинство... но где тут кого найдешь? Это весь квартал, кто пожелает в свидетели, надо водкой поить? Да и наврут большей частью...

– - Здравое рассуждение, - соглашаюсь я.
– Для нашего дома даже немного нетипичное.

Я говорю и сразу жалею о том, что сказала. Может статься, это сын или внук какой-либо наиболее рьяной психопатки. Обидится...

Он приглядывается ко мне внимательней.

– - Тебе не холодно так сидеть?
– спрашивает он. Жена циститом страдает, иначе бы в голову не пришло...

– - Я на газете, - говорю я.

Он медленно выпускает дым в воздух.

– - Первый раз слышу, - произносит он глубокомысленно.
– Чтобы газету использовали как утеплитель...

– - Странно, - говорю я.
– А ты никогда газету под стельки не подкладывал?

Он неожиданности он начинает кашлять.

– - Что-что?
– говорит он.
– Газету куда? Под стельки?

Он думает, что я шучу.

– - Ну да, - говорю я.
– Народная хитрость. Теплее становится. Очень выручает зимой.

– - Народная хитрость...
– он покачивает головой.
– И много ты таких хитростей знаешь?

– - Достаточно, - говорю я.
– Мне много чего приходилось делать. Например, колготки гладить утюгом, чтобы не рвались. Или в красный лак для ногтей добавлять зеленку, чтобы лак был дефицитного коричневого цвета. Или подкладывать газету под стельки... Ты не в курсе?

Он насмешливо фыркает.

– - Нет. Бог миловал.

– - Странно, - говорю я.
– Ты не советский человек. Может, ты засланный? Может, у тебя информация в плавках?

Он снова давится сигаретой.

– - Я, кажется, плохо соображаю, - произносит он, удивленно удерживая меня в фокусе.

Я смеюсь. Я накануне смотрела "Пассажир с "Экватора", а такая культурная продукция плохо сочетается с алкоголем. Он смеется тоже.

– - Слишком много выпил, - говорит он, продолжая смеяться.
– Реакция медленная.

– - Бывает, - говорю я.

– - Пойдем к нам, - говорит он внезапно. Только этого мне не хватало. Еще не прошел Мишкин коньяк с наложенными остатками портвейна. Или у него тоже дыни с Алайского базара?..

– - В другой раз, - говорю я.

– - Пойдем, - повторяет он.

Я отрицательно качаю головой.

– - Твоя девушка приревнует, - говорю я.

Он наклоняется ко мне.

– - Я тебе честно скажу, - говорит он громким шепотом.
– Я чего-то до сих пор не пойму, кто из них моя девушка.

– - Выбирай рыжую, не ошибешься, - говорю я.

Он задумывается.

– - Ты уверена?
– спрашивает он серьезным голосом

– - Конечно, - говорю я так же серьезно.
– Рыжие они самые котистые.

Пока он раздумывает, я поднимаюсь.

– - Я приду к тебе, когда никого не будет, - говорю я задушевно.

– - Точно?
– спрашивает он.

– - Конечно.

– - А куда ты придешь?
– спрашивает он хитро и грозит пальцем.
– Ты знаешь, где я живу?

– - Нет, - говорю я.
– Я буду обходить все квартиры и спрашивать: не здесь ли живет молодой человек, который приглашал меня в гости?

– - Сорок третья квартира, - говорит он и повторяет.
– Сорок третья. Ты меня не обманешь?

– - Как можно, - говорю я уверенно.

Я перехватываю свой кирпич и делаю шаг наверх.

– - Что это у тебя такое?
– спрашивает он.
– Ааа... Антиквариат... Дай посмотреть.

С необычной для пьяного ловкостью он отбирает у меня телефон и задумчиво жмет на клавиши.

– - Э, - говорю я протестующе.
– У меня там денег мало.

– - Да не звоню я никуда, - говорит он, морщась.
– Не бойся.