С таким отцом станешь либо проституткой, либо старой девой, подумал мужчина про себя. Возможно, подсознательно она хотела отомстить отцу за его грубые рассказы, и поэтому решилась провести ту ночь с незнакомцем.

— Вот для чего мне нужны деньги, — повторила Гвинет. — Для Терезы и Энтони.

— Хорошо, что ты была честна со мной. Теперь моя очередь, — важно проговорил Тарик. — Еще до твоего приезда в Зуран мне пришлось участвовать в операции по поимке банды мошенников. У них был свой человек в правительстве, поэтому мы пытались узнать, кто предатель.

Речь идет о той самой группировке, которая замешана в махинациях с квартирами, а также занималась продажей наркотиков и проституток. Я внедрился в эту организацию, чтобы раскрыть дело. В качестве вознаграждения получил от них квартиру, и мне пришлось поселиться в ней. В ту ночь, когда ты приехала, ко мне хотели прислать девицу легкого поведения. Вообще-то я сразу отказался, но, увидев тебя, подумал…

— Что я проститутка, — печально закончила Гвинет. — Ладно. Не извиняйся. Я верю тебе, — в ее глазах промелькнула радость.

— Так мне же вроде и не за что извиняться, — возмущенно заявил он. — Мне показалось, тебе тоже понравилось.

С этим она спорить не могла, но сказала:

— Но это была ошибка! Я не…

Кажется, она его не убедила. Наверное, придется сдаться. Ведь не будет же она рассказывать о пробуждении в себе сексуальности.

Она улыбнулась и заявила:

— Ну вот, ситуация прояснилась, и я спокойно могу переехать в отель. Вещи я уже собрала…

— Нет.

Что значит «нет»? — ее сердце забилось в сладостном предвкушении того, как он признается в своих чувствах.

— Мы немедленно уезжаем во Мьенат, Потерянную Долину, — объяснил он. — И останемся там до лучших времен.

Он везет ее к себе домой. Он хочет ее. Очередная волна радости затопила девушку.

— Но…

— Боюсь, что выбора нет, В Зуране тебе оставаться опасно, как и мне.

Она заморгала:

— Опасно?

— Да. Здесь тебе угрожают люди Рейнвельта, главаря арестованной банды, ведь они стараются отомстить мне. Любой, кто связан со мной, сейчас в опасности. Сегодня мне звонили из полиции и рассказали о двух попытках покушения на тебя.

Гвинет стало плохо.

— Машина… и эти парни, — прошептала она в ужасе.

— Да, — подтвердил Тарик. — К счастью, полиция охраняла тебя. Те парни явно решили, что ты моя любовница, вот и выбрали тебя своей мишенью. Шеф полиции считает, что арестована вся банда, но не совсем в этом уверен. Именно поэтому я решил забрать тебя в Мьенат. Там ты будешь в безопасности.

В безопасности? Это с ним-то рядом?

Какая же она наивная… А она-то думала… Теперь ей стало все ясно. Ах, зачем она влюбилась в него?

Девушка задрожала. Нет! Никуда она с ним не поедет. Теперь, когда она наконец поняла, что любит его до умопомрачения.

— Мне не обязательно ехать с тобой, — сказала она нетвердым голосом. — Я могу вернуться домой. Там меня никто не тронет.

— Возможно, да, а возможно, и нет. Я не могу полагаться на случай.

— Я уже взрослая, — обиженно заявила она. — И вполне могу сама принять решение.

— Это так. Но мой долг — защитить тебя, потому что из-за меня ты в опасности. Если я и разрешу тебе уехать, то дам охрану.

Кажется, дело действительно серьезное.

— Но шеф полиции сказал, что вся банда в тюрьме, — напомнила она.

— Он не уверен до конца.

— И все-таки мне не обязательно ехать с тобой.

— К сожалению, обязательно.

Значит, ему было в принципе все равно. На самом деле ей очень хотелось поехать с ним, но совсем по другой причине. Однако ей придется смириться — он абсолютно равнодушен к ней.

Гвинет совсем забыла гордость. Нельзя бегать за мужчиной, которому не нужна. Не скажет же она ему — «Бери меня, я девственница, я хранила себя для тебя, поверь мне, прошу, поверь». Какой вздор!

— Я ценю твою заботу, — сказала Гвинет, она старалась говорить холодно. — Но я и дома буду в безопасности.

— Не уверен, — ответил он упрямо. — Ты знаешь, что Зуран вкладывает средства в развитие страны, которая будет туристическим центром. Поэтому безопасность для нас играет огромную роль. Если ты уедешь, а потом на тебя нападут, это свяжут с твоим визитом к нам. А это может негативно отразиться на репутации нашей страны.

С этим трудно было спорить. И все же Гвинет раздражало, когда ей напоминали о ее беззащитности.