— Именно поэтому мне так тяжело принять решение. Я думаю, что лучше взять вас с собой в Святилище Тайн, чем оставить там моего мальчика в одиночестве на неопределенное время. Конечно, если вы согласны. К тому же мальчик — не фандерлинг, так что закон уже нарушен.

Человечек еле слышно вздохнул, словно пискнула испуганная мышка.

— Моя королева приказала мне помогать вам и словом, и делом, и носом своим. Жуколов Лучник должен выполнить приказ своей госпожи! — провозгласил он.

— Да возблагодарят Старейшие вас и весь ваш народ, да даруют вам счастье! — ответил ему обрадованный Чет. — Вы и в самом деле редкий храбрец.

— Это истинная правда.

Они встретились у дверей оружейной. Вансен нес оттуда сукно для полировки, и руки у него были заняты. Он заметил принцессу в самый последний момент и чуть не сбил с ног. Странно было видеть ее совсем одну, одетую в простую длинную рубашку и брюки мужского покроя. Он так часто думал о Бриони, представлял ее лицо, что сейчас не мог поверить глазам и растерялся. От неожиданности он выронил тряпки, и принцесса Бриони стала их подбирать.

— М-моя госпожа, — наконец выдавил он. — Ваше высочество. Нет, нет, вы не должны этого делать. Так не годится.

Бриони казалась сейчас растерянной. За пределами зала для официальных приемов она, конечно, не узнала Вансена. Затем черты ее лица резко изменились и стали жестче, брови удивленно приподнялись.

— Капитан Вансен? — холодно произнесла она.

— Простите меня, ваше высочество.

Вансен заметил двух ее стражников, своих подчиненных, спешивших к принцессе через дворик оружейной, словно их командир мог представлять угрозу для госпожи.

Он постарался освободить ей дорогу, хотя сделать это было непросто: она держалась за ручку двери, а он стоял с охапкой тряпок в руках. Пятясь назад, в оружейную, он уронил еще несколько и наклонился, чтобы подобрать их, а заодно скрыть свое смущение.

«Спасите меня, боги! Даже когда мы встречаемся почти как равные, один на один в дверях оружейной, я мгновенно превращаюсь в неотесанного крестьянина».

Тут же в голову Феррасу пришла неприятная мысль: возможно, он и есть неотесанный крестьянин.

«Но чем раньше ты избавишься от своего идиотского увлечения, тем лучше, — подсказала ему разумная часть его души. — Если стыд может помочь тебе в этом, значит, именно он и нужен сейчас».

Вансен посмотрел в лицо принцессы и увидел на нем смешанное выражение удивления и раздражения. Опять он оказался на ее пути!

«Мне никогда не справиться с этим», — подумал Вансен.

В тот болезненно-сладостный, ослепительный миг он забыл про все: про свою семью, про долг перед товарищами, даже про всех богов.

Бриони вдруг поймала себя на том, что улыбается, наблюдая его смущение. Она удивительно быстро сумела взять себя в руки, и на ее лице появилась непроницаемая маска настороженности и глубокой печали.

«Как быстро меняется ее настроение», — подумал Вансен.

А ведь с тех пор, как Бриони стала принцессой-регентом, она упорно стремилась к тому, чтобы ее лицо оставалось неподвижным, как у мраморной статуи — из тех, что стояли в пыльных залах замка.

— Вам помочь, капитан Вансен? — Она кивнула в сторону стражников. — Один их них может отнести это.

Она предлагает одолжить ему одного из его же стражников, чтобы отнести несколько тряпок? Что это, издевка или ребяческая выходка?

— Нет, спасибо, ваше высочество, я справлюсь сам, — ответил Вансен.

Он согнул колено и поклонился, стараясь при этом снова не выронить тряпки. Она поняла его намек и позволила пройти, но ему еще пришлось ждать, пока отойдут охранники. Он так стремился поскорее убраться подальше с глаз принцессы, что лишь усилием воли заставил себя сдержать шаг и не броситься бежать со всех ног.

— Капитан Вансен! — раздался ее голос. Он вздрогнул и оглянулся.

— Слушаю, ваше высочество?

— Вы знаете, что я не одобряю решение брата возглавить поход.

— Да, и это вполне естественно, ваше высочество.

— Он мой брат, и я его люблю. Я уже… — Она совершенно не к месту улыбнулась, стараясь не расплакаться. — Я уже потеряла Кендрика. У меня остался только Баррик.

Вансен с трудом сглотнул и вымолвил:

— Ваше высочество, смерть принца…

— Довольно, — остановила его Бриони, подняв руку. В другое время он счел бы ее жест проявлением властности. — Я говорю это не затем… чтобы снова обвинить вас. Просто…

Она на мгновение отвернулась и вытерла глаза рукавом рубашки — как будто слезы были мелкими врагами, которых необходимо быстро и беспощадно истребить.

— Я прошу вас помнить, капитан Вансен, что принц Баррик Эддон — не просто принц, не просто член королевской семьи, — выговорила девушка. — Он мой брат, мой… близнец. Я прихожу в ужас от мысли, что с ним может что-то случиться.

Феррас был растроган. Даже стражники — пара молодых деревенских парней, которых Вансен прекрасно знал и которые не были способны испытывать сложные чувства, — заволновались, обеспокоенные открывшейся вдруг глубиной скорби принцессы.