Вельможи заспорили между собой. Очень скоро стало ясно, что Шасо и Гейлон оказались в меньшинстве. И Тайн, и Рорик, и даже комендант крепости Авин Броун сходились в едином мнении: раз Бриони рано или поздно предстоит выдать замуж, руководствуясь политическими соображениями, ее девственность и сейчас может стать предметом торга. Ведь они стремятся к важнейшей цели: вернуть короля Олина. Тайн был на редкость откровенен: он не стеснялся признать, что золотые долфины, сбереженные в случае принятия предложения, тоже весомый аргумент.

Обстановка накалялась, дискуссия становилась все более жаркой. Авин Броун уже грозил размозжить голову Айвару Сильверсайду, хотя оба поддерживали одну и ту же сторону. Наконец Кендрик потребовал тишины.

— Уже поздно, а я до сих пор не принял решения, — заявил принц-регент. — Я должен все обдумать. В одном брат Баррик абсолютно прав: Бриони — моя сестра, и мне непросто сделать шаг, меняющий ее жизнь. Завтра я объявлю свое решение.

Кендрик поднялся. Остальные последовали его примеру и пожелали друг другу доброй ночи, хотя в воздухе по-прежнему витала враждебность.

Баррик был недоволен завершением совета, но ему ни на минуту не хотелось оказаться на месте старшего брата. Кендрику стоило большого труда объединять этих людей. Так пастушья собака кусает за ноги беспокойных быков, чтобы те не отставали от стада.

— Я хочу поговорить с тобой, — обратился Баррик к брату. Они уже выходили из часовни, и охрана принца выстроилась в ряд, образовав заслон за его спиной.

— Не сегодня, Баррик. Я знаю, о чем ты думаешь. У меня еще много дел перед сном.

— Но… Кендрик, она же наша сестра! Она в отчаянии! Я ходил к ней и слышал, как она рыдает!

— Довольно! — громко прервал его принц-регент. — Во имя молота Перина, оставь меня в покое. Если у тебя нет какого-нибудь волшебного способа справиться со всем этим, лучше помолчи! — Гнев Кендрика был напускным: он и сам был готов разрыдаться, но лишь махнул рукой: — Все.

Ошеломленный Баррик молча смотрел, как старший брат удаляется в свои покои. Неожиданно Кендрик споткнулся, и один из стражников почтительно поддержал его.

Бриони уснуть не могла. Она лежала в темноте и мысленно вновь переживала этот кошмарный день. В голове ее все звучали слова Кендрика:

— Хватит, Бриони. Больше мне нечего тебе сказать — пока нечего. Нужно как следует обдумать ситуацию. Ты моя сестра, и я люблю тебя, но я должен править страной в отсутствие отца. Ложись и отдыхай.

Судя по доносившимся до принцессы звукам, фрейлины крепко спали. Прелестная маленькая Роза, как обычно, похрапывала во сне, точно престарелая собачонка. Бриони удалось ненадолго погрузиться в дрему, но страшный сон вновь разбудил ее. В этом видении Лудис Дракава (наяву она никогда его не видела, а лишь знала, что он ровесник отца) предстал перед ней в виде какого-то дряхлого существа из паутины, пыли и костей, Он преследовал Бриони в сером дремучем лесу. Принцесса подумала, что именно такие видения лишали Баррика сна и здоровья.

Интересно, который сейчас час? Девушка не слышала полуночного удара колокола, но, наверное, он скоро прозвучит.

«Скорее всего, во всем замке не сплю я одна».

В другое время это понравилось бы ей, но сейчас такая мысль лишь усилила тревогу: над принцессой нависла страшная угроза, безжалостная, как топор палача.

«Принял ли Кендрик окончательное решение?»

Брат не пожелал поделиться своими мыслями, когда Бриони вечером пришла в его покои. Теперь она страшно ругала себя за то, что плакала перед Кендриком, умоляя не отдавать ее Лудису… А потом просила прощения за свой эгоизм.

«Но ведь брат понимает, что я сильнее всех хочу возвращения отца!»

Кендрик был сдержан, но при прощании взял сестру за руку и поцеловал в щеку — что случалось очень редко. Если говорить честно, поцелуй принца оставил впечатление еще более тягостное, чем его озабоченность и скрытность. Бриони показалось, что это прощальный поцелуй.

Тупая боль не проходила. От постоянного страха немело тело. Бриони перебирала в уме все хорошее и плохое, что может приключиться. В конце концов, вдруг отец бежит из плена и у Лудиса не останется повода предъявлять претензии Эддонам? Не исключено и то, что лорд-протектор оклеветан молвой, а на самом деле он прекрасный и добрый. Или наоборот: он еще хуже, чем рассказывают, и тогда останется только убить его во сне, а потом убить себя… За прошедший час Бриони прожила множество жизней — мрачных и прекрасных. Наконец она погрузилась в глубокий сон. Новое сновидение оказалось приятным: близнецы играли в прятки с Кендриком, все снова были детьми.

Бриони не слышала ударов колокола, но вскоре после полуночи ее разбудил пронзительный крик.

Принцесса не была уверена, что услышала крик наяву. Она села в постели. Рядом заворочалась во сне юная Роза. Ей, наверное, тоже снились кошмары.

— Черный человек… — бормотала фрейлина.

Бриони услышала второй ужасный вопль, еще громче первого. Теперь проснулась и Мойна. В дверь стучали чем-то тяжелым. Бриони чуть не свалилась на пол от страха.

— Автарк! — завизжала Мойна, дрожа и двумя руками хватаясь за амулет, висевший у нее на шее. — Он явился, чтобы убить нас в постелях!