Джули все это очень удивило. Она не могла осуждать его за прямоту, так как и сама обладала этим качеством.

– Я польщена, мистер Вэнс, но, если честно, не вижу никаких поводов для близкого общения. Обстоятельства к этому не располагают.

– Может, вы для начала перестанете называть меня мистером Вэнсом? – спросил он. – Я сразу начинаю чувствовать себя стариком. А что касается общения, то чем, по вашему мнению, мы сейчас занимаемся?

– Гуляем по снегу, – улыбнулась Джули.

– И заодно – знакомимся, не так ли?

– Наверное.

– Это только начало. А когда мы доберемся до Сан-Анджело, там устроят грандиозный вечер с танцами. Я слышал, что так бывает всегда, когда через этот город проходит колонна переселенцев. Так они выражают свое гостеприимство. Не окажете ли мне честь, позволив сопровождать вас?

Танцы! Господи, да она не могла даже припомнить, когда в последний раз кружилась по танцевальному залу! О, это волшебное ощущение! Но что она, собственно, знает об Эрлоу Вэнсе? Майлз бы этого знакомства не одобрил, так как все вокруг относились к Эрлоу с подозрением. И Дереку бы оно тоже не понравилось. Последняя мысль даже доставила Джули некоторое удовольствие.

– Вы в нерешительности, – все еще не оставляя надежды, заметил Эрлоу, – Потому что никто обо мне ничего не знает, да? Ну так я буду рад сходить к вашему брату и сказать ему, что намерения у меня самые благородные.

– Это вовсе не обязательно, Эрлоу. Я сама достаточно разбираюсь в людях.

Понимал ли Эрлоу ее сомнения? Джули это почему-то заботило. Было в нем что-то такое – хотя Джули затруднилась бы объяснить, что именно, – что заставляло ее считаться с его чувствами.

Глаза Эрлоу широко распахнулись, и она явно различила в них надежду.

– Так вы позволите мне сопровождать вас?

– Посмотрим, – уклонилась она от прямого ответа и снова двинулась к фургонам. Эрлоу пошел следом за ней.

– Давайте, я расскажу вам немного о себе, к примеру, почему путешествую в одиночку. Может, тогда вы согласитесь.

В его голосе внезапно послышалась печаль.

– Когда-то я был женат, – негромко начал он, опустив голову. – У нас была небольшая ферма в Пенсильвании. Не бог весть что, но нам хватало: мне, жене и маленькой дочурке. Мы были счастливы. Затем разразилась война, и я понял, что мое место в Армии Союза. Я надеялся, что Луиза и Бетси остались в безопасности. Но при Геттисберге произошло сражение – совсем недалеко от нашей фермы. Я торопился к ним как только мог. Но не успел. – Он с трудом сдерживал слезы.

– Эрлоу, пожалуйста, – быстро сказала Джули. – Не стоит вспоминать о том, что причиняет вам боль. Вы вовсе не должны мне об этом рассказывать!

– Но я хочу, чтобы вы знали! – воскликнул он. – Воспоминания сжигают меня, и единственный способ как-то избавиться от них – все рассказать случайному собеседнику, тому, кого это совершенно не касается, вам, например. Приехав на место, я увидел, что мою ферму спалили дотла. А Луизу и Бетси пристрелили словно собак. Ублюдкам двух пуль показалось мало. Они все стреляли и стреляли, пока не превратили тела в решето. Но мои девочки не имели никакого отношения к войне! А Бетси! Ей же было всего четыре года! А теперь они обе мертвы.

– О, Эрлоу, мне так жаль, – прошептала Джули, глубоко потрясенная его рассказом. – Какое ужасное горе! О Господи, какой ужас!

Он глубоко вздохнул и поднял глаза, пристально глядя вдаль, словно пытаясь таким образом отрешиться от мучительных воспоминаний.

– Вот поэтому я и путешествую один, мисс Маршалл. Я ищу успокоения и не остановлюсь, пока не найду его.

Они немного помолчали.

– Зовите меня, пожалуйста, Джули, – наконец предложила она в знак дружбы. – Я тоже хлебнула горя за время войны, так что могу вас понять.

– Тогда вы окажете мне честь и разрешите пригласить вас на этот вечер? – спросил Эрлоу.

– Конечно, – ответила Джули. – Буду очень рада. – Бедняге нужен был друг, только и всего.

Когда она позже рассказала об этом Майлзу, он тотчас же разъярился.

– Ты не пойдешь с ним ни на какие танцы! Я этого не позволю. Я – глава нашей семьи, и…

– Ты глава вашей семьи, твоей и Терезы, – вскричала Джули вне себя от гнева. – Я сама распоряжаюсь своей жизнью. И не командуй мной, Майлз.

Они сидели друг против друга, обмениваясь свирепыми взглядами. Тереза решила вмешаться:

– Эй вы, немедленно прекратите! Это же смешно! – Затем она повернулась к Майлзу: – Джули вольна сама выбирать себе друзей, и никто не вправе ей помешать. Если окажется, что мистер Вэнс – нежелательная компания, я уверена, Джули сразу же порвет с ним все отношения.

Майлз почесал бороду. В принципе Тереза, конечно, права. Джули все равно уже не подчинить чужой воле.

Оставалось только надеяться, что Вэнс не станет слишком докучать его сестре. Черт возьми, что же все-таки так раздражало его в Вэнсе? Что-то такое…