На этой мысли я провалилась в Марфеево царство.

Утром я проснулась с мыслью, что мне снились стринги, но хвала всем Богам, без Эдуарда, без начинки так сказать. Оригинально. К чему снятся стринги? Зевая, я поплелась в ванную, папа уже давно ушел, мама надевала пальто.

– Ребенок, ты встала? А я уж хотела тебя будить.

Я промычала в ответ, потому что рот мой не хотел открываться. После процедур умывания и зубоочищения, я уселась на унитаз. В этот момент, дверь скрипнула и в туалет протиснулась черная когтистая лапа. Чак Норрси невозмутимо зашел, посмотрел на меня и сел в свой туалет с «Катсаном».

– Вообще-то неприлично подглядывать за девочками.

Но он меня уже не слышал. Вытаращил глаза и замер. Видимо делала нечто важное. В комнате зазвонил мобильник. Ну почему, как только я усажу свое тело на унитаз, всегда звонит мобильник?

Я прослушала песню Элвиса Прэсли почти полностью, надо же, кто-то назойливый, как муха.

Сделав свои важные дела, мы с котом пошли в ванную, я мыть руки, а он смотреть, чем я занимаюсь. Попутно обматерив его за то, что он нагадил в горшок и мне нужно заменить его содержимое, я пошла за телефоном. Ну, конечно, Васька, кто ж еще-то.

– Чего тебе надо от меня с утра пораньше? – недобрым голосом спросила я, набрав ее.

– Ты куда там пропала-то? Спишь что ль?

– На унитазе я сидела…

– Фу-у-у-у…

– Можно подумать ты этим на занимаешься…И вообще, мне всю ночь стринги снились.

– Оо-о-о-о, с Эдуардом в комплекте?

– Нет, отдельно…Тебе чего надо-то?

– Приходи вечером пиво пить!

– Сегодня ж вторник, а не пятница?

– И что? Нам это когда-то мешало? Сережка купит рыбку копченую, вида три…

– Мм-м-м-м, хочу-хочу…Ладно, приду! К шести?

– Так точно!!! Ждем-с!

Так, кажется, день начинается очень даже не плохо, не смотря на кошачьи какашки. Еще раз зыркнув строго на кота, я пошла убирать за ним. Бедняга смотрел и думал, ей главное можно, а мне нет?

В девять я, наконец, выкатилась из дома, придерживая в руке пакет с рекламными материалами. В голове сидела только одна мысль: когда уже пройдут два месяца обучения, и я получу права? Закину в машину всю эту макулатуру, и таскать не надо.

Когда я в третьем по счету магазине сдыхалась от кучи листовок, приняла заявку на пятнадцать тысяч рублей, мое настроение совсем улучшилось. Ближе к обеду я умирала от голода, но поесть не успела, перекусила на ходу булкой с маком и поехала на троллейбусе на улицу Маяковского, где ждал меня инструктор. Зазвонил мобильник.

– На связи!

– Привет! – крикнула Лерка.

– Чего орешь? Оглушила!

– Ой, так круто, так круто! Мне так понравилось!

– Ты про вождение, или про инструктора?

– Не, инструктор вообще клёёёёёвый, но ездить еще лучше! Кстати, его зовут Матвей Николаевич!

– Фига се! Ты уже по городу ездила? – у меня брови подняли корни волос от удивления.

– Пря-я-я-ям, ты что? На автодроме по кругу, как лошара! Но так круто, так круто!!!

– Это я уже поняла! Ладно, сейчас я поезжу, потом наберу тебя, расскажу, что думаю по этому поводу!

Если честно, было немного ссыкотно…Простите за выражение, конечно. Но если всю свою жизнь, ты ездил как пассажир и не знаешь, что есть сцепление…Коленки потрясывались.

Я вышла из транспорта и медленно шла к парковке, на которой стояла туча машин с буквой «У» на крыше. Так у меня какой-то «Хендай»…Черный…Номер не помню…Ё-ё-ё-ёптить, так тут одни черные «Хендаи», и что делать, боюсь спросить?

Я стала нервно рыться в карманах в поисках телефона, чтоб позвонить Лерке за консультацией. Когда подняла голову, то увидела в четырех метрах от себя приличный полукруг больших и не очень дяденек, которые, видимо, являлись инструкторами. Взоры всех этих богатырей были обращены на меня, а на губах у каждого прыгала усмешка. Если б один из них улыбнулся, и там бы оказались клыки, как у вампира, я б не удивилась. Потому что у них в глазах читала: «Свежая кровь пришла!«.

Я кое-как протолкнула слюну глотательным движением и пошла в центр круга.

– Здра-а-асьти-и-и…

– ПРИВЕ-Е-Е-ЕТ!!!!

Ох, ё, я аж подскочила, хор, который на девятое мая исполняет военные песни, и то тише орет.

– А…это…

Раздались удовлетворенные хихикания. Нет, ну что за люди? Засмущали. Я покраснела, как помидорка.

– А…это…, – опять выдала я, все загоготали, – хватит, блин, меня смущать!

Те, кто не смеялся до этого, захохотали во всю силу, ага, очень смешно, конечно.