Рудира коротко фыркнула и отвернулась. Ее резкость не понравилась Ханнеру и он решил загладить грубость.

– Добрый день, – проговорил он. – Я лорд Ханнер. Чем могу служить?

– Я – Шелла-Подмастерье, – сказала девочка. – Вы... здесь принимают чародеев?

– Да, конечно. – Ханнер распахнул дверь пошире. – Входи!

– Спасибо, – прошептала Шелла. Она шагнула внутрь и застыла, пораженная богатым убранством и разношерстным людом, направлявшимся в столовую.

– В каком цехе ты подмастерье? – вежливо поинтересовался Ханнер, закрывая дверь: пусть девочка отвлечется и успокоится.

– В ведьмовском, – ответила она.

Дядя Фаран, который, не обращая внимания на девочку, устраивал в столовой других гостей, внезапно обернулся и одарил ее взглядом.

Ханнер улыбнулся.

– Проходи сразу сюда. – И он повел ее мимо дядюшки к местам во главе стола.

– Я стояла там долго-долго, все старалась набраться смелости, – тихонько объясняла Ханнеру Шелла. Лорд Фаран предоставил заниматься ею племяннику: она говорила так тихо, что нужно было делать усилие, чтобы вести беседу, а тут еще чародеи расшумелись, когда Фаран попытался построить их. В общем, дел дядюшке хватало пока что и без новенькой. – Когда я увидела, как вы отделались от солдат, то подумала: может, хоть вы меня защитите.

– Защитим. Но от чего?

– От всего. – Девочка неопределенно помахала рукой. – Я хочу сказать, это для любого плохо – стать чародеем, но если ты к тому же ведьма... ну, это ведь против правил Гильдии? Мой наставник думает, именно так. Он думает, это против правил и Сестринства тоже.

– Не думаю, что у Сестринства появились уже какие-нибудь правила против чародеев, – заметил Ханнер. Ом мало знал о довольно свободной организации ведьм, но и того, что он знал, было довольно: ему не верилось, что они способны принять хоть какие-то правила всего за два дня. – А кроме того, тебе не обязательно вступать в Сестринство, если ты этого не хочешь.

– Но... разве их правила не обязательны для всех, как в Гильдии магов?

– Вовсе нет, – принялся объяснять Ханнер. – Если ты маг, то обязан вступить в Гильдию, и они убивают всякого, кто нарушает их запреты, но Сестринство – дело другое. Я вообще не уверен, что у них есть правила, а если и есть, то касаются они лишь самих сестер. И потом, сестры никого не убивают, во всяком случае, так я слышал. Это скорее объединение, чем гильдия.

– У Братства правила есть, – с сомнением сказала Шелла. – Наставник перечислял их мне. Он был в Братстве.

– Но сейчас уже нет?

– Нет. Он вышел оттуда. Им не понравилось, что он взял в подмастерья девочку.

– Но они его не убили, ведь правда?

Она задумалась – и словно солнышко начало выходить из-за туч.

– Нет...

Тучи набежали снова.

– Но Гильдия все равно запрещает смешивать магию.

– А правитель вообще не желает видеть чародеев в городе, – добавил Ханнер. – Вот мы и собираемся драться.

Шелла кивнула, но на личике ее так и застыло выражение неуверенности и тревоги.

– Ну, ладно. – Ханнер сменил тему, надеясь подбодрить ее – и себя. – А кто твой наставник? Он знает, где ты?

– Келдер из Крукволла, – сказала она. – Вряд ли он знает, где я, – да вряд ли и хочет знать. – Она быстро заморгала, губы ее задрожали, и Ханнер понял, что она вот-вот заплачет. – Он вышвырнул меня вон.

– Да как же он мог! – возмутился Ханнер. – Наставник отвечает за подмастерье!

Шелла шмыгнула носом, вытерла его рукавом, потом приложила тот же рукав к глазам.

– А вот смог. Сказал, я больше не ведьма и никогда ею не буду.

– Потому, что ты чародейка?

Девочка молча кивнула.

И тут Ханнера поразила одна мысль.

Чародеи передвигали предметы, не касаясь их; большинство чародеев – и он в том числе – как раз и обнаружили, кем стали, именно обнаружив у себя этот дар.

Но ведьмы тоже передвигали предметы, не касаясь их. Само слово «чародейство» возникло из-за сходства новой силы с каким-то древним ведьмовством. Правда, у них летали только маленькие предметы. Что же такое передвинула эта девочка?

– Откуда он узнал, что ты – чародейка?

– По тому, что я сделала, – прошептала Шелла так тихо, что Ханнер едва расслышал ее.

– Ханнер, мальчик мой, – позвал Фаран. – Не могли бы ты и твоя подружка обратить на нас внимание? Мы начинаем.

Ханнер оглянулся.

– Минутку, дядя, – попросил он и снова повернулся к Шелле. – Так что же ты сделала?

– Превратила Теллеша-Мясника в чародея.

Ханнер моргнул.

– Ханнер, – уже настойчивее позвал Фаран.

Ханнер поднял руку.