Но Феликс просто потянул рукава пиджака вниз, явно пытаясь успокоиться. Это не работало. Айви была права. Этот парень был на полпути к краю.

— Айви научила Нину этому неповиновению, — сказал он, голос звучал ровно и убедительно, но я не купилась на это. — Мне нужна она. Напрямую. Скажи мне, где она, или я вытащу из тебя то, что мне нужно.

Я сузила глаза на угрозу, но была спасена, угрожая ему, в свою очередь, когда влетел Дженкс, доставая свой меч.

— Кто ты, волосатая задница фейри?

— Вы все нуждаетесь в коррекции, — сказал Феликс, и я клянусь, он сглотнул слюну. — Особенно Айви. Я слышал о ней, меня предупредили, что она может удовлетворить мои потребности. Поставить меня на колени.

— Я могу поставить тебя на колени, прямо сейчас, — прошептала я.

— Феликс? — взвизгнул пикси. — В чем смысл иметь горгулий во дворе, если они пропускают это дерьмо? Тролльское дерьмо, извини, Рейч.

Мой взгляд не отрывался от Феликса. Он был быстрым. Быстрее, чем Дженкс. Однако, я — демон или нет?

— Нет необходимости извиняться. Феликс уже уходит. Разве не так?

— Нет. — Феликс потерял свою улыбку, его юношеские черты были искажены гневом, возможно, я смогу противостоять ему. Тут начинало хорошо пахнуть, но я могла это игнорировать. В основном. — Отдай мне Нину, и я оставлю тебя в покое на некоторое время. Она во всем виновата.

Сколько раз уже я слышала это? Сколько раз обидчик винил жертву?

— Айви пытается помочь тебе и Нине, — сказала я, не отводя взгляда от пола, где был выколот в линолеуме круг. Если бы я могла передвинуть Феликса на два шага, он был бы в нем. — Ты входишь в опасную зависимость от нее. Отпусти ее. Иначе это убьет вас обоих.

— Убьет меня! — закричал он, и крылья Дженкса застучали. По-прежнему, Феликс оставался за пределами круга, вышагивая, как хищник, который боится взять приманку. — Нина — это то, что дает мне жизнь! Она принадлежит мне, и я буду делать с ней то, что захочу. Она моя. Айви скрывает ее. Если ты не отдашь мне Нину, то я буду требовать возмещения ущерба. Где она?

Он скривил пальцы, выпустил когти, и снова бросился на меня.

«Да, у парня шарики за ролики зашли!»— подумала я, когда стояла там, где была, видя, как Феликс несется на меня. Дженкс метнулся вверх и в сторону, и звон его меча разнесся по кухне, смешиваясь с нереальными воплями Феликса.

Мои глаза распахнулись, когда он снова прижал меня к стене. Я опять выплеснула на него линию.

Он сжал пальцы, когда закричал от разочарования, а потом отошел, кружась в гневе на расстоянии восьми футов, его глаза были черными дырами. Кровь капала с лица, отражаясь на мече Дженкса.

— Я получу кого-нибудь! — прокричал Феликс, и мои губы приоткрылись, когда он пригнулся, готовясь прыгнуть на меня снова.

«Он пытается заставить меня убить его?»— подумала я, шокировано, когда низкий звук ненависти пополз вперед, увеличиваясь, когда он скользнул ближе, танцуя под безумную музыку, которая звучала у него в голове. — Я получу кого-нибудь…

— Феликс, мы пытаемся помочь! — прокричала я, затем поставила неформальный круг на себя. Видя это, Феликс рванул, вытягивая руки. Инстинкт толкнул меня назад, и мой каблук сломал круг до того, как он полностью сформировался. Я ахнула, затем шокировано уставилась на тень, которая влетела из задней гостиной в кухню, смахнув Феликс от меня, и толкнув его в угол холодильника.

— Оэм! — прогудел голос, невысокий, коренастый человек встал между нами. — Возьмите себя в руки!

— Твою ж мать, это Кормель! — завизжал Дженкс, а я прижалась спиной к стене, обхватив руками горло, когда поняла, что Ринн Кормель пришел, наверное, чтобы поговорить с Айви.

— Ее нужно наказать! — сказал Феликс, указывая на меня и расхаживая вперед-назад, словно он совершенно сошел с ума. — Она моя. Моя!

Ринн Кормель плотно сжал челюсти, когда поднял руку. Его фетровая шляпа лежала на полу, а пальто пахло кашемиром и вампиром. — Отпустите мысли о ней, сэр, — сказал он спокойно, и я заставила себя выпрямиться, морщась. Я наполнила воздух моим страхом, я прекрасно знала об этом. Дженкс парил под потолком с окровавленным и обнаженным мечом, он был достаточно напряжен за нас обоих.

— Ведьма-демон поощряла моего отпрыска бросить мне вызов… — голос Феликса был более мягким, более расчетливым, он пугал меня.

Ринн Кормель покачал головой, его бруклинский акцент странно звучал, когда он твердо сказал, — Она — моя, не ваша. Я накажу ее, а не вы.

Никто не собирался наказывать меня, но я была достаточно умна, чтобы промолчать. Мое сердце колотилось, и я была рада, что Кормель был здесь. Феликс был не в своем уме.

Феликс сердился, его шаг замедлился, рука Кормеля протянулась в приветственном жесте.