Ася медленно спустилась на улицу.

Ну и денек…

Закашлялась, поперхнувшись воздухом. Во дворе на знакомых качелях сидел… Крошка Ру. Было удивительно, как он там поместился. Но еще удивительнее было другое – если Быковского били Алекс и Ру, то почему он все еще здесь? По всем подсчетам, Ру уже, как минимум, должен приближаться к границе с Китаем. Или куда там обычно бегут особо опасные преступники?

Увидев вышедшую Репину, Крошка вылез из качелей и остановился, засунув руки в карманы. Вероятно, это был знак, чтобы Ася подошла. Идти было страшно. Она совершенно не понимала, что нужно этому человеку.

– Слушай, это… – Крошка Ру первым сдвинулся с места. Без Алекса он выглядел не так грозно. – Короче, глупо получилось…

– Ася! – позвала ее Лера. Она, наверное, вообще никогда не видела Крошку Ру, поэтому ей было странно, что Репина общается с такими типами.

– Ну, это… – Ру с трудом подбирал слова. – Тебя же Василисой зовут? Ну?

Ру был настроен более чем миролюбиво.

– Ася, – кивнула Репина.

– Ну… – улыбнулся Крошка Ру. – А я, значит, Андрей! Будем знакомы, – и он с облегченнием потряс Асину руку. – Маленькая ты какая, – довольная улыбка раздирала ему рот. – Ну, ты, если что, подходи, – щедро предложил он. – Обидит кто-то или… вообще. Ну, и… – Сжатым кулаком он покрутил в воздухе. – С праздниками!

– Спасибо, – пискнула Ася, отходя в сторону.

– Погоди! – Ру заспешил следом за ней. – Телефончик бы дала. Ну… если что..

Ася испуганно заметалась. Что она скажет родителям, когда они в телефонной трубке услышат эти «Ну» и «Если что», как объяснит явление такого чуда в их квартире?

– Я, если что, сама позвоню, – быстро ответила Ася, пятясь подальше от площадки.

– А… – Кулак впечатался в широкую ладонь. – Лады…

Они с Лерой уже почти ушли со двора, когда им вслед долетел вопрос:

– А номер-то?

– У меня есть, – махнула рукой Репина и припустилась бегом, боясь, что он побежит за ней. Но ее никто не догонял.

Энтузиазма бежать ей хватило всего шагов на сто, потом она стала задыхаться, и пришлось перейти на шаг.

– Ты представляешь? – с трудом переводя дух, произнесла она. – Вот это тип!

– Откуда он взялся? – От бега лицо Леры снова стало розовым, со щек сошла болезненная синева.

– Из десятого, – отмахнулась Ася. – Ты же ничего не знаешь! А у нас столько событий!

Она стала быстро рассказывать о шумном декабре, избегая, конечно, неприятных для Гараевой моментов, а сама постоянно ловила себя на том, что невольно улыбается. И вроде бы не с чего – вон какой сегодня выдался неудачный день, но все же ей было приятно. Никто никогда не обращал на нее внимания, и маленький рост она всегда считала главным своим недостатком. А тут вдруг она кому-то понравилась! И пусть для начала это будет увалень Крошка Ру. Все равно, она не могла скрыть свой восторг.

И только где-то далеко-далеко на горизонте маячила одна неприятная мысль.

Жеребцова!

С ней надо было как-то объясниться.

Дома Ася с ногами забралась в любимое кресло, натянула на себя плед.

– Тебе звонили! – появилась на пороге комнаты мама.

– Кто? – вынырнула из-под мягкой шерсти пледа Репина.

– Не представились. – Мама помахала в воздухе рукой, вспоминая. – Мужской голос…

– Павел? – вылетела из своего гнезда Ася.

Она успела только почувствовать, как пятки встали на холодный паркет, на долю секунды удивилась, почему окружающий мир такой нечеткий, и вдруг все пропало.

Когда Репина открыла глаза, вокруг было почему-то очень светло. Медленно, словно сквозь пленку, до нее доходила саднящая боль в локте, пульсирующая на лбу и ноющая в плече.

А еще было очень мокро, словно она опять упала в сугроб и не успела вытереть лицо.

– Мама! Мама! – как всегда, первым заорал Санька. Стало легче дышать – брат сполз с Асиной груди. Но зато тут же сверху на нее навалился Ванька.

– Смотрит, смотрит, – подтвердил он и больно уперся ей в живот острыми локтями.

– Отвали, – прохрипела Репина, поворачиваясь на бок.

Ощущение было какое-то невероятно чудесное, голова была звеняще-пустой, в ней не металось ни одной мысли, и от этого было вдвойне приятно.

– Ну, ты что это? – Перед Асиными глазами показались истертые розовые тапочки. – Завалилась. Вставай!

Репина села, и на нее вновь полез Санька. Ася поморщилась, потому что брат чувствительно толкнул ее в зудящее плечо.

– А ты так взяла и упала, – сообщил ей Санька. – Стояла, стояла и… – Не найдя слов, он показал ладошкой, как падала Репина. Выходило, что плашмя.