— Но… - хотела я что-то сказать, но вместо этого мне пришлось прыгать в сторону. Лучше бы в школе волшебников преподавали ещё всякие единоборства – это бы сильно помогло, но нет же…

Я с грохотом приземлилась на живот и застонала. Потом перевернулась и распахнула широко глаза, глядя на возвышающегося надо мной Демона теней.

Кое-как встав, прикусывая до крови губу, чувствуя всюду боль, я снова уклонилась от захвата демона, толкая при этом на него летающий в воздухе кувшин и брыкаясь ногами. Кувшин попал в его лицо, но вместо того, чтобы отвлечь, он взбесил Демона куда больше, и я с ужасом прижалась к стене, ощущая спиной жгучую агонию. Да что же у меня со спиной?

Демон хлопнул в ладоши и из его пальцев струйками вылетели теневые фигуры. Они, только получив очертание, пошли на меня. Теперь, по крайней мере, я знала, почему он ещё Демоном теней называется. Первый вариант его имени из-за грехов, ведь грехи наши с вами злые тени.

Кое-как сдержав себя, чтобы не запаниковать, я выдвинула перед собой руку, и та снова ярко засветилась, и из неё вылетел яркий свет, который сразил пару теней. Я с изумлением поднесла к глазам ладонь, совсем не представляя, как этот свет вышел из меня.

Демон теней взревел и что-то сказал своим теневым слугам на непонятной тарабарщине и указал на меня, они кивнули и заскользили по земле, приближаясь. Собравшись с силами, я отразила ещё двоих тем же светом, и уже после попробовала переместиться от стены, но тени окружали очень быстро, и я боялась к ним даже коснуться, потому что где-то внутри знала, что они опасны.

Подняв над головой руку, я согнула пальцы в кулак, а потом резко разогнула, и оттуда полился ослепительный свет. Тени стали пропадать, визжать и прятаться. Демон теней стоял по середине комнаты, не сводя с меня глаз.

Его лицо не выражало никаких эмоций, только холод. Мне бы задохнуться от этого холода, потому что, кажется, он вновь использовал удушение, но я лишь стояла, не сводя с него глаз.

Затем моя правая рука сама собой поднялась и вновь вся засветилась побегами и завитушками. Левая рука крепче сжала палочку и потом…

Всё происходило так быстро и не понятно; вспышки яркого света и тьмы. Крики, хлещущие лицо волосы, много ударов об стену, а потом вспышка яркого света из моих обеих рук и тишина.

Тело Николая Николаевича лежало чуть поодаль от меня у разбитых окон. Он был таким хрупким в этот момент, но живым. Всё кругом вызывало тихий ужас. Стены все в копоти, стёкал нет ни в одном окну. Мебель, вернее остатки от неё, падали дождём на пол.

Вдохнув и выдохнув, я осела на колени на пол. Голова кружилась, а тело затряслось от беззвучных слез. Расцепив пальцы, я обронила палочку рядом. Посидела-покачалась и поплакала, а потом, протерев глаза, залезла пальцами за кофту и потрогала правую лопатку – там было что-то липкое и от прикосновений пальцев было больно. Вытащив руку, я увидела кровь. Испустила тихий стон и поднялась на ноги. Пальцами в крови протёрла лоб от пота и стала думать. «Что произошло? Что случилось? Что с Демоном?!»

Из коридора послышался стон, и я тут же перевела взгляд на выход. Там, всё ещё привязанный к стулу, лежал Филипп. Он пытался выбраться, но это было безрезультатно.

Забыв о своих проблемах, я подбежала к другу, упав на колени. И взяв его лицо в руки.

— Филипп, ты как?

— Эмма? Эмма! Боже, как хорошо, что ты живая… - Он поднял на меня оба глаза, хоть один и был заплывшим, но выглядел лучше, чем здоровый – тот был весь красный.

— Да, я живая, - улыбнулась я, хотя время было не до улыбок. – Ты как?

— Всё порядок, - отмахнулся он. – Найди ключ и сними меня со стула. Пожалуйста.

Я кивнула и помчалась в разрушенную комнату. Как ни странно ключ оказался при выходе, и я взяла его и быстро, хоть и трясущимися руками, сняла с друга кандалы и тот вывалился кульком на пол и свободнее задышал.

— Черт, никогда бы не подумал, что буду так рад обнимать пол!

Неожиданно друг для друга, мы рассмеялись. Затем Филипп подполз ко мне и крепко обнял. Я и не замечала, как меня продолжало трясти и как на самом деле здесь холодно, но теперь…

— Надо его проверить, - произнесла наконец я.

Филипп с минуту смотрел на виднеющуюся фигуру в разломанной комнате и кивнул.

— Идём вместе.

Без споров, я помогла ему подняться, и мы медленно дошли до Николая. Как бы это странно не было, но он перевернулся на спину и часто дышал, глядя в потолок.

— Где я? – спросил он. – Почему я живой?

— Я… я не знаю, почему вы живы, - честно ответила я, чувствуя скованно себя под его взглядом светло-голубых глаз. – Но… вы это?.. Ну…