И если подчиненные не выживут, выполняя свой долг… Что ж, жизнь – игра, как он сам только что сказал. Кости уже брошены, и оставалось только ждать и смотреть, что ему выпадет.

После того как Лэндо ушел, Хан несколько минут просидел, глядя из окна на огни особняка Виллакора. На фоне темных парков «Мраморного леса» дом выглядел как маленькое звездное скопление, одиноко плывущее в черноте космоса.

И каждый пилот в Галактике знал, насколько опасны звездные скопления.

Конечно, Лэндо прав. Хан – пилот и контрабандист. Что он смыслит в тонкостях воровства? Ничего, абсолютно ничего. Но он кое-что понимает в природе разумных существ. Он знает, как они ведут себя, руководствуясь жадностью и жаждой власти. Он насмотрелся на Джаббу и Батросса [8] , он повидал немало имперских офицеров и временами чувствовал что-то подобное в себе самом.

Может быть, именно это и привлекало его в Лее. Принцесса Алдераана обладала огромной властью, о которой многие и мечтать не могли. И она с легкостью отказалась от всех привилегий ради цели, которую посчитала более благородной и достойной.

Вправду ли это благородная цель или же не более чем изощренный способ массового самоубийства, еще только предстояло выяснить. Но своей проблемой Хан считал не это. Его проблема – то, что он наобещал Инджеру восстановить поруганную справедливость, а остальным – долю из ста шестидесяти трех миллионов. И снова Лэндо был кое в чем прав. Порой вера Хана в других оборачивалась против него самого.

Он раздумывал над этим какое-то время. Затем, оторвавшись от стула, пошел искать Дозера. Принимая во внимание поведение последнего перед тем, как он покинул общую гостиную, искать можно было только в одном месте. Дозер обнаружился на кухне, увлеченный расправой над громадным бутербродом.

– Не помешаю?

Хан присел к столу.

– Нет, – ответил Дозер. – Ты же пришел поговорить не о том, что Лэндо сыграет в нашей афере главную роль? Если за этим, то забудь все, что я раньше наговорил. Думаю, он справится как никто другой.

– Я рад это слышать, – признался Хан. – Потому что хочу тебя кое на что подрядить. И это может занять несколько дней.

Дозер сощурился:

– Пытаешься отослать меня подальше?

– Конечно же нет, – поспешил заверить его Хан.

– Потому что если ты собираешься припомнить мне мою трусость с «Черным солнцем», то я уже взял себя в руки, – прибавил Дозер.

Хан кивнул:

– Знаю. Просто мне тут пришло в голову, что нам может кое-что понадобиться.

– Ага. – Дозер все еще смотрел на босса с подозрением. – И опять надо будет встретиться с фаллиином?

– Никаких фаллиинов, – пообещал Хан. – Дело нелегкое, но вполне безопасное.

Еще несколько секунд Дозер разглядывал его физиономию. Затем аккуратно положил бутерброд на тарелку и отряхнул крошки с рук.

– Так и быть. – Угонщик откинулся на спинку стула. – Выкладывай.

Следующие три дня вся компания просидела дома. Комната двойняшек быстро превратилась в мастерскую, где Бинк, Тавия, Чубакка и Винтер пытались собрать пульс-передатчик, который поместился бы внутри инфочипа. К сожалению, приятель Инджера Доннал Кусив не смог точно сказать, какого размера был логотип «Черного солнца» на карте, которую ему показывал Виллакор, поэтому для верности нужно было изготовить три, а лучше пять образцов. А учитывая, что Винтер и Чубакка одновременно занимались фальшивым криодексом, со временем была напряженка.

Впрочем, Чубакка держал ситуацию под контролем. До сих пор вуки не подводил Хана, и кореллианин был уверен, что не подведет и в этот раз.

Остальные тоже без дела не сидели. Келл по соседству с комнатой двойняшек устроил минную лабораторию и три дня подряд изготавливал заряды разных форм и размеров. Зерба занялся быстросменными псевдокостюмами на разрывных швах, которые заказал ему Хан, частенько делая перерывы, чтобы дать отдохнуть глазам и попрактиковаться в фокусах. И только Инджеру не оставалось ничего, кроме как слоняться по апартаментам, задавать вопросы и всячески надоедать остальным.

Лэндо и Хан почти все время проводили в гостиной, стараясь никому не мешать. Они штудировали пухнущее досье, которое собирала Рашель: о самом Виллакоре, о его особняке и тамошнем персонале, о тех личностях, с которыми он чаще всего вел дела и которые, скорее всего, сами были связаны с «Черным солнцем».

Порой объем данных просто ужасал. Виллакор запустил свои ручонки практически во все сферы жизни Илтарра. Половина полиции и правительственных чиновников были готовы на все по одному его приказу. Все это лишний раз подтверждало неприятный факт: они открыли лавочку на враждебной территории.