– Вот увидишь, я пробегу эту трассу.

– Тогда ладно, – я улыбнулся. – Добро пожаловать в академию джедаев, Мара Джейд. Надеюсь, тебе здесь понравится.

Ей и в самом деле здесь понравилось, по крайней мере если судить по выражению ее лица во время пробежек или когда она во время тренировок с лазерным мечом изводила на один шарик больше, чем я. Она, возможно, просто привыкла постоянно улыбаться, но ее триумфальную самодовольную ухмылку мне приходилось видеть настолько часто, что она навечно врезалась в память, как запечатленная в камне.

И что самое обидное – видели мы друг друга не так часто. По утрам мы бегали вместе, а потом Люк начинал занятия с Марой, уделяя ей практически все время, как когда-то с Кипом. Поэтому с нами все больше занимался Кам. После обеда мы обычно слушали рассказы об истории Ордена, которые поведывал нам Холокрон, затем у нас с Марой были тренировки с лазерными мечами. По уровню владения сверкающим лезвием я был ей не пара, поэтому, дабы исключить возможность нанесения серьезных ранений в ходе учебного боя, Кам просто заставил нас сражаться с летающими шариками.

Исчезновение Кипа встревожило учеников, хотя и несильно. Зато с появлением нового ученика, посла Мон Каламари Килгал, мы отвлеклись от мрачных мыслей, которые преследовали нас все последние дни, и ненадолго снова стали частью Галактики, получив последние новости. Килгал рассказала нам о нападении адмирала Даалы на Мон Каламари и уничтожении одного из ее Звездных Разрушителей, что было хорошей новостью. Тот факт, что проимперские силы все еще существовали, усилил нашу решимость стать рыцарями-джедаями, поскольку наше присутствие в Галактике было необходимо.

Однажды после обеда я сидел в общей комнате, слушая, как Тионне подбирает аккорды для очередной баллады, а Мара Джейд расспрашивает Килгал о деталях имперской атаки на Мон Каламари. Вдруг в комнату вкатился Р2Д2 и потянул меня за полу туники своим манипулятором. Он что-то пропищал мне, затем развернулся и направился в коридор. Я последовал за ним и не удивился, когда он привел меня в комнату Люка.

Из-за двери доносился резкий запах горелой электроники. Источником вони оказалась лужа расплавленного пластистила на столе. От нее еще поднимался дым. Я посмотрел на Люка, который сидел на своей койке с задумчивым выражением на лице.

– Что тут стряслось?

Люк посмотрел на дроида:

– Р2, закрой дверь, – он подождал, пока дроид выполнит его просьбу, затем продолжил: – Помнишь, я сказал, что проверю, нет ли в Холокроне еще информации насчет Экзара Куна?

– Помню.

– Оказалось, была. Водо-Сиоск Баас был сделан по образу джедая, который был наставником Экзара Куна. Я использовал его как зацепку, с помощью которой можно было выяснить, что произошло с Экзаром Куном, – Люк немного помолчал. – Баас полетел на Корускант, чтобы поговорить со своим учеником и вернуть его на сторону джедаев. Кун убил его в Зале Сената.

Я шумно и тяжко вздохнул.

– Невеселая новость.

– Еще бы. А когда я спросил его, что произошло затем… – он молча указал на расплавленную бесформенную массу. – Мне показалось, что в ярком свете вспыхнувшего огня я увидел тень черного человека и услышал его смех.

Я уставился на обожженную черную груду, и во рту у меня вдруг пересохло.

– Это и есть Холокрон?

– С точки зрения грамматики вернее употребить прошедшее время – был.

Я провел рукой по волосам:

– В голове такое не укладывается. А эта тень, которую вы видели, не могла это быть просто игрой света?

Мастер-джедай неуверенно пожал плечами:

– Может быть…

Я провел рукой над расплавленным Холокроном и почувствовал, что он еще довольно горячий.

– Экзар Кун постарался?

Люк покачал головой:

– Не знаю. Четыре тысячи – достаточно долгий срок. Мне кажется, что скорее всего это кто-то, взращенный Империей, кого использовали, как Мару. Этот «кто-то» обнаружил описания учения Экзара Куна и теперь прикидывается новым Повелителем Тьмы.

– За кандидатом далеко ходить не надо, – мои ноздри раздулись, — кажется, Кип для этого подходит.

– Не думай, что эта мысль не приходила мне в голову. Он был настолько сильным и целеустремленным, что это лишь подогревало его нетерпение, — Люк посмотрел на меня. – На днях ты сказал, будто я боюсь, что не смог спасти моего отца. Возможно, это и так. Но я точно знаю, что упустил Кипа.

– Нет, это Кип подвел вас, – я облокотился на стол. – Он согласился пройти интенсивную программу тренировок, но не представлял, куда он попал. Всю жизнь он был рабом на шахте. Вы показали ему, каким могуществом он обладает. Он еще только учился самостоятельно принимать решения, как вдруг перед ним открылись новые перспективы. Для людей типа меня или Кама с Марой практически невозможно совладать с таким могуществом, но для Кипа…