В совокупности компания выглядела разношерстной. И с первого взгляда было ясно, что на торфяниках она находится не ради оздоровительной прогулки. По той же причине казалось сомнительным, что эти псы здесь обитают, хотя их обличие намекало на образ жизни, способный даже у болотных грибов вызвать депрессию.

Гончий обошел упряжку кругом и наконец остановился перед пассажирами. Медленно оглядел их с ног до головы, а они присмотрелись к нему. На широкой груди и могучих лапах играли мускулы. Разглядывая путников, пес методично похлопывал тяжелым клинком по ладони.

— Не часто у нас на болотах встретишь путешественников.

Трудно было назвать это голосом, скорее хриплым булькающим рыком. Слова сыпались, как щебень из камнедробилки.

— Это верно, — ехидно согласился кто-то из его друзей. Прочие откликнулись гулким зловещим смехом. Шайка уже полностью окружила повозку.

— Куда путь держите, добрые странники? — поинтересовался вожак.

— На северо-запад.

Граджелут опустил очи долу, не в силах вынести прожигающий взгляд гончего. Толстые мохнатые пальцы крепко сжимали вожжи.

— По-вашему, это исчерпывающий ответ? Северо-запад — понятие растяжимое. Куда конкретно едете?

— А это важно?

— Да нет, пожалуй.

Банкан подался вперед.

— Мы проделали большой путь, а ехать еще очень и очень далеко. Если вы бандиты, так и скажите. Мы отдадим деньги — и дело с концом.

Граджелут резко повернулся к своему юному спутнику. У ленивца расширились зрачки.

— Ну и времена пошли, — пробормотал Сквилл. — Шагу не ступить, чтоб потом не чистить подметку.

Гончий неодобрительно взглянул на него.

— Как понимать?

Выдр располагающе улыбнулся.

— Я в том смысле, что в наши дни путешествовать нелегко.

Гончий расслабился, но лишь чуть-чуть.

— Поистине это так, если путь к вашей цели лежит через Нижесредние болота. Те, у кого есть выбор, здесь не ходят.

— У нас слишком мало времени, чтобы огибать торфяники, — виновато пробормотал Граджелут.

— Допустим, но ведь здесь таится множество опасностей.

Похоже, вожак был не прочь почесать язык. К нему бочком подошел борзой в черно-коричневом наряде. Морду от темени до подбородка рассекал жуткий шрам — судя по всему, память о неудачной попытке усекновения головы.

— Их даже больше, чем вы можете себе представить, — проворчал он.

— Для нас время — это все, — пролепетал ленивец.

— Успокойтесь, мы вас не задержим. — Вожак ужасающе ухмыльнулся. — Отдайте имущество и ступайте на все четыре стороны.

Ленивец судорожно сглотнул и сказал с заметной тоской:

— У меня есть немного денег...

— Помилуйте, ваших денег нам недостаточно, — возразил гончий. — Нам нужны и пожитки, и оружие, и одежда. А лично мне весьма приглянулся вон тот интересный музыкальный инструмент. — Когтистый палец указал на дуару. — А еще — повозка и ящерицы.

— Тока не говори мне, что и ты куда-то спешишь, — пробормотала Ниина.

— И не собирался.

Гончий погладил по боку ближайшую ящерицу. Та никак не отреагировала на ласку.

— Ваши животные выглядят очень питательными. Видите ли, на болотах мало корма для плотоядных, а от городов мы стараемся держаться подальше. По каким-то загадочным причинам наша внешность и поведение шокируют горожан.

Несколько псов, стоявших поблизости, противно захихикали.

— Если уж на то пошло, — безжалостно продолжала тварь, прожигая взглядом зрачки Банкану, — вы и сами выглядите вполне съедобными.

— Ой! — тявкнула Ниина. — Мы угодили к шайке гнусных каннибалов!

— Что такое каннибал, моя мохнатенькая закусочка? — поддразнил ее гончий. — В этом термине — весь спектр абсурдного сенсуалистского мракобесия. В далеком прошлом бывали времена, когда у теплокровных считалось совершенно естественным пожирать своих сородичей. Мясо, оно и есть мясо. И мы, вынужденные прозябать в сырых дебрях болот, не можем позволить себе такую роскошь, как разборчивость в пище. Когда дело касается пожирания, мы, убежденные демократы, не привередничаем. — Он по-прежнему улыбался. — Выходит, нам достанется все, что вы сюда привезли, а заодно и вы сами.

Он одобрительно глянул на скарб, свисающий с бортов повозки.

— Как предусмотрительно с вашей стороны запастись средствами для вашего же приготовления. Впрочем, вам и самим, наверное, будет приятнее испустить дух в знакомой обстановке.

— Без боя не дадимся!

Сквилл резко выпрямился, в лапах он держал лук со стрелой. Ниина, тоже готовая к схватке, встала рядом.

— Ой, пощадите, ой, не губите! — глумился, пятясь, гончий. Его ватажники недобро посмеивались. — Ужас! Кошмар! Неужели нас застигли врасплох? — Он погладил тяжелый кривой клинок. — Жалкая горстка бойцов против трех детенышей и старого ленивца. Похоже, пришел наш смертный час. Но прежде, чем мы погибнем в неравном бою, исполните, так сказать, последнюю просьбу обреченных. Хочу узнать имена тех, кто обеспечит нас еще и развлечением перед обедом.