Мадж прошествовал к стойке, чтобы рассмотреть инструмент получше.

— Набиваешь цену, востроглазый? Он хоть играет?

— Так мне сказывали, хотя прежнего владельца вряд ли можно было назвать мастером по части заклинаний. Быть может, в более искусных руках...

Индри замолчал, не договорив.

— Очень похож на обычную мандолину, — заметил Джон-Том, берясь за суар. — И если бы не это, — он указал на исчезающие струны, — я бы подумал, что вы пытаетесь всучить мне обычный музыкальный инструмент.

— Это за триста золотых? Ну что вы!

— Триста зол... — Мадж поперхнулся, потом положил лапу на руку Джон-Тома. — Пошли отсюда, кореш. Не думал, что встречу грабителя почище себя, но таки встретил.

— Слишком дорого, — сказал Джон-Том.

— Как скажете, — с напускным равнодушием ответил Изя. — Покупатель все равно найдется. Музыка идет за гроши, но магия стоит недешево.

Джон-Том помедлил и на пробу пробежался пальцами по струнам. Касаться одинарного набора было непривычно, зато суар очень напоминал родную электрогитару, чего о дуаре не скажешь.

— Можно, я его испытаю?

— Разумеется, конечно, всенепременно. — Индри смерил Маджа ледяным взором. — Не хочу, чтобы думали, что я стараюсь обвести вас вокруг пальца.

Джон-Том выбрал «Пинк Флойд» и исполнил несколько пылких строф из «Денег». Результат не оправдал ожиданий, зато доказал, что лавочник — не мошенник. В воздухе сгустилась небольшая тучка, неуверенно поплавала по магазину и разродилась миниатюрной молнией; но вместо грома раздался лязг кассового аппарата, и в подставленную ладонь индри полился дождь монет. В конце концов дождь унялся, и тучка развеялась, но лишь после того, как на прилавке блестящей грудой улеглись ровно триста крупных монет. Единственной проблемой было то, что они оказались не золотыми, а серебряными.

— На большее я не способен, — виновато сообщил Джон-Том.

— Вот и ладно. — Изя обозрел груду серебра. — Ведь это же суар, а не дуара.

— Но магия работает. С ним я могу заниматься чаропением. — Джон-Том держал инструмент на вытянутых руках. — Могуществом он обладает, а вот силы в нем нет. Мне надо только поумерить свои желания. Вы согласитесь принять в уплату серебро и, — он задумался, — пять золотых? Нам еще предстоит оплатить морское путешествие.

— По рукам! Допустимо, годится, приемлемо.

Мадж подошел к Джон-Тому вплотную.

— Приятель, ты мог бы поторговаться и взять его куда дешевле.

— Дешевле чего, Мадж? Мы и так получили его за песню.

Выдр бросил на блестящую груду голодный взгляд.

— Тада как насчет того, кореш, чтоб устроить еще одну пробу? Тока ради развлечения, а?

— Мадж, тебе-то уж следует знать, что результата от песни можно добиться лишь один-единственный раз, тем более с суа-ром. У него просто не хватит на это могущества.

— Жаль. Ну, по крайней мере ты снова чаропевец, и да поможет нам небо!

— Это не дуара, — кивнул Джон-Том, — но это лучший после дуары инструмент. При грамотном применении он поможет нам вернуться в целости и сохранности. — Юноша повернулся к восхищенному лавочнику. — Спасибо, Изя. Может, когда и увидимся.

— Искренне, весьма надеюсь, наверняка, друг мой.

Выйдя на улицу, Мадж засеменил рядом со своим рослым другом.

— Я-то думал, у тебя денег едва-едва на дорогу до этого Стреляного Кота и обратно, а ты отдал этому глазастому ворюге целых пять золотых!

— Ну и что, Мадж? Зато у нас есть он. — Джон-Том похлопал по суару.

— Я так и думал, что ты это скажешь, — вздохнул выдр.

— Да что ты, Мадж, разве забыл, что однажды я уже напел корабль? А если учесть, сколько я за последнее время учился и упражнялся, почему бы не напеть и второй? Этим мы сэкономим деньги и по пути сможем позволить себе немного роскоши.

— Во-во, например, остаться в живых, — буркнул Мадж.

— Выше голову, ты же видел, что я умею.

— Потому и тревожусь.

— Не стоит. Давай найдем уютную таверну и хорошенько выспимся. А утром отыщем пустой причал, и я напою яхту с автопилотом или что-то вроде.

— Или что-то вроде, — пробормотал Мадж, но едва слышно.

Вопреки настояниям Джон-Тома, предпочитавшего творить заклинания без лишних глаз, Мадж ухитрился согнать целую толпу зрителей, желавших увидеть чаропевца за работой.

— Налетай, честной народ! Тока сегодня! Спешите насытиться зрелищем! Настоящий живой чаропевец! Таинственное и загадочное искусство! — Он заступил дорогу прогуливающемуся купцу. — Эй, сэр денежный мешок, ну-ка, доводилось вам видать настоящую магию? Я имею в виду настоящую магию — при свете дня, без всяких там трюков и хреновин!