— Сказать по правде, мне убийства и грабежи не очень-то по нутру, — взял он вдруг задумчивый тон. — Открыть бы большую красивую пекарню, вот о чем мечтаю.

— Да, шеф, ты явно не за свой гуж взялся.

Мадж без колебаний приступил к уничтожению липкой сладкой выпечки.

За чайком путники позволили втянуть себя в незлобивый торг и согласились уступить скромную сумму в обмен на информацию о лежащей впереди стране. Не то чтобы эти сведения нужны были до зарезу — просто Джон-Том сжалился над горе-рэкетирами. Разумеется, Мадж был категорически против. Разлучаться с деньгами без крайней необходимости — хуже, чем отдавать кровь, считал он.

— Потеря крови завсегда сама восполнится, — с негодованием объяснял выдр другу. — А вот золотишко так легко не дается.

— Да, Мадж, ты у нас сама щедрость. В любых обстоятельствах.

— Не, чувак, тока када не я даю, а мне дают. Тада беру не скупясь.

— Дальше нас с Тэком на болотах никто не живет, — уверил путешественников медоед.

— Дураков нет.

Мадж философски кивнул.

— Ценное наблюдение. — Джон-Том хлебнул крепкого чаю и обратился к новым знакомым: — Но вас-то как угораздило забраться в этакую глушь? — И предположил, сдерживая улыбку: — Вряд ли в погоне за выгодой.

Медоед и землерой переглянулись.

— Видите ли, в городах к югу отсюда мы... как бы это выразиться... исчерпали лимит гостеприимства, вот и пришлось искать убежище, а заодно начинать все с чистого места. Дело это для нас непривычное и, как видите сами, совсем не прибыльное.

— Чертовски верно сказано! — Мадж отставил тарелку и наклонился вперед. — Послушайте меня, кореша, я дурного не посоветую. Че вам надо, так это не совершенствовать свои хитро-мудрые, но бесполезные ловушечки, а внушать путешественникам страх...

— Мадж!

Джон-Том неодобрительно посмотрел на выдра.

— Прости, чувак. — Мадж выпрямил спину. — Ты ж знаешь, как мои клепаные старые мозги устроены. Разве тут удержишься от соблазна поделиться жизненным опытом? Вдобавок не похоже, че ребятам нравится грабить и калечить. И дорогу они содержат в чистоте и красоте, верняк.

Неожиданно Тэк подскочил, расплескав чай, и неистово замахал лапами на пестрые нотки, затеявшие с неподдельным интересом витать вокруг его хвоста.

— Что это за магия?

— Это не совсем магия. — Джон-Том взял еще одно отменное печенье. — Всего лишь музыка.

— Нет, это не просто музыка. — Нервно косясь на звучащее облачко, землерой вернулся на прежнее место. — Не люблю привидений. Подчиняться их не заставишь, пошлину не стребуешь.

— Да, с духов взятки гладки, — согласился чаропевец.

Мадж перестал наконец чавкать.

— Пора в дорогу. Че нас ждет впереди, а, чуваки? Небось зеленые нивы и глубокие чистые реки?

— Зелени будет вдосталь, — сухо ответил медоед. — А куда вы путь держите?

— Эх, шеф, кабы знать. — Выдр покосился на музыкальное сопровождение. — Мы следуем за музой, можно и так выразиться.

— Она довольно твердо держит курс на юг, — глядя на звонкое облачко, пояснил чаропевец. — Хочет от нас помощи, да только какой — вот вопрос.

— Очень, очень странно, — прошептал медоед. — Говорите, аж с того берега Вертихвостки идете? Слыхал я о вашей стране, а вот побывать там не сподобился. Позвольте спросить, зачем вы взялись за такое странное дело?

Подумав немного, Джон-Том ответил:

— Из любопытства. Решили выяснить, что движет отрывком музыкального произведения.

— Но как это может быть, чтобы музыке понадобилась чья-то помощь?

У Тэка серый лоб пошел морщинами.

— Сказать по правде, мы об этом почти не думали, — признался Джон-Том. — Просто взяли и пошли следом. Мне казалось, что так будет правильно. В фигуральном смысле я чуть ли не всю жизнь иду за музыкой. — Он кивнул на облачко. — Но в прямом — первый раз.

Землерой энергично закивал.

— Теперь понимаю. Вы оба — чокнутые. Это многое объясняет.

— Тэк, полегче! — Фемблоч заерзал и обратился к Джон-Тому: — Если будете двигаться в прежнем направлении, то вскоре попадете в дельту Карракаса. Там труднопроходимые болота и бесцельно текущие реки, а жителей — кот наплакал. Идеальное местечко, чтобы затеряться. Что мы с Тэком и сделали.

— А что вы можете сказать об этой дороге? — спросил чаропевец.

— О дороге? — Медоед хохотнул — звук вышел густой, хриплый. — Да никакая это не дорога. Всего лишь возвышенный участок болота, естественная тропа. Стократ прерывается и разветвляется, а в дельте и вовсе пропадает. А дельта, между прочим, полна неведомых и дивных опасностей. Лучше бы вам прямо здесь повернуть обратно — здоровее будете.